Наш христианский Крым

Парадоксально, но благословенная Таврида – земля, одаренная Господом мягким климатом, невероятными пейзажами и щедрым морем – во времена римских императоров была местом каторги, куда отправляли отбывать наказание государственных преступников.

Еще один парадокс, но именно обладатели Рима, самопроизвольно, и способствовали распространению на полуострове, за «крымнаш» или «крымненаш» которого так активно сейчас спорят современные чиновники, христианской веры. Способствовали, потому последователи Спасителя в первые три века христианства считались злоумышленниками именно государственного уровня. Так, во времена императора Траяна (98-117) в инкерманских каменоломнях проповедовал и принял мученическую кончину святой Климент, епископ Римский († 101). И еще задолго до тех дней, когда святой Владимир принял Крещение в волнах Днепра и принес благовестие Христово на земле Руси, христианская вера уже проникла в Крым, и принес ее святой апостол Андрей Первозванный.

Но несмотря на то, что зерна правой веры были посеяны здесь так рано, всходить им пришлось на почве каменистой, если не сказать – неплодородной. Язычники, которые населяли крымские земли, упорно противились распространению христианства. Казалось, что только кровь мучеников и их жертвенность может убедить этих детей юга и солнца в том, что Христос – Истинный Бог. И находились те, кто ценой собственной жизни проповедовал свою веру. О нескольких из тех, кто закладывал прочный фундамент Церкви Христовой в Тавриде – современном Крыму – наш дальнейший рассказ.

…Начало IV века. В Херсонесе основывают епископскую кафедру. Основывают, наверное, слишком громко сказано, учитывая переломность эпохи. Многолетняя база римских воинов, Херсонес, постепенно переходил от подчиненности Риму к зависимости от Византии. Шел 300 год. Пройдет еще три года, и в 303-м первые христиане узнают о дорогой цене своей веры, а ненасытный Диоклетиан начнет небывалые гонения на последователей Христа и по локоть умоет в их крови свои руки. А пока Иерусалимский Патриарх Ермон для Евангельской проповеди отослал в разные концы мира своих епископов. На земле Тавриды прибыли двое из них, Ефрем и Василий. Вино из крымского винограда сладкое, и эти двое подвижников сполна выпили здесь горькую чашу скорби и трудов на благо Церкви Христовой. Святитель Ефрем пошел вверх по Дунаю, где и сложил голову, благовествуя местным народам о Свете Истины. Его подвиг продолжил святой Василий.

Идолопоклонники люто ненавидели его, и неизвестный им до сих пор покой и убедительность в глазах святителя, а еще вера, с которой он не боялся идти к ожесточенным поклонникам идолов, делали свое – много язычников не раздумывая принимали Христианство. Это не могло оставаться безнаказанным в те страшные времена – после очередной проповеди святого исповедника схватили, избили до полусмерти и выгнали из города. Но вскоре чудо Божие заставило безбожников поднять глаза к Небу: у известного и состоятельного жителя Херсонеса умер единственный сын. Событие показалась бы досадным, но не таким уж и необычным, если бы покойник не стал каждую ночь являться исстрадавшимся родителям. Советы жрецов о щедрых жертвоприношениях не помогали, а тут в еще и в очередном видении почивший поведал, что некий святой Василий своими молитвами к Истинному Богу сможет воскресить его из мертвых:

– Что вы оплакиваете смерть мою? Вы не можете взять меня отсюда живым, ибо не могут воскресить меня наши боги, бездушные идолы, изобретенные бесом на соблазн и погибель людям. Если вы хотите оживить меня, то упросите того странника, которого били и изгнали, чтобы помолился он обо мне Богу своему, и сами уверуйте в того Бога, Которого он проповедует.

Разве надо говорить о том, что с первыми лучами солнца посланцы уже стояли на горе Парфенон – около пещеры, где уединился святитель? На просьбу родителей о чуде святой Василий смиренно отвечал, что сам он – великий грешник, и только могущество Господа и Его милость может выполнить их просьбу. Для этого, добавил святитель, не нужно щедрых даров или амфор с золотом – надо только искренне верить в Него.

Долго молился святой Василий над бездыханным телом юноши, родители, которые таки уверовали, тоже преподносили искренние, хотя и неумелые молитвы. И произошло чудо – капли освященной воды привели в чувство уже холодное тело, и сын упал в родительские объятия. Город был шокирован. Многие новообращенные тогда приняли Крещение за проповедью святого Василия. Но память человеческая – короткая, и уже 7 марта 309 года толпа христоненавистников ворвалась посреди ночи в дом святого.

Император Максимиан Галерий упивался кровью мучеников, к числу которых присоединился и святитель из Херсонеса: святого Василия протащили по улицам города и до смерти избили камнями и палками. Останков, которые несколько дней пролежали у городской стены, не коснулись ни лучи палящего крымского солнца, ни птицы или животные. Когда страсти несколько поутихли, местные христиане тайно собрали и похоронили в пещере тело святого мученика.

А уже в следующем году на берег Тавриды ступили три пришельца из Геллеспонта – епископы Евгений, Елпидий и Агафодор прибыли продолжить дело святителя Василия. Их труды не были напрасными – число верных в крае с каждым днем увеличивалось. Но через год, в тот же седьмой мартовский день, толпа бесноватых язычников возникла на пороге подвижников. Их окровавленные тела выбросили через городские ворота, куда обычно выносили хоронить мертвых. И снова осиротевшим без опеки местным христианам пришлось тайно хоронить своих наставников.

Через несколько лет святой равноапостольный император Константин Великий (306-337) принимал удивительного посланника. Епископ Еферий, так представился гость, прибывший из Херсонеса Таврического, жаловался, что местный нечестивый народ своей гордыней и яростью не дает возможности не только для проповеди христианства – даже для исповедания правой веры тем немногим, кто уже был озарен ее светом. Патриарх Иерусалимский также поддержал епископа. Так, волей и силой императорского приказа, в Херсонесе был построен храм, а местным христианам разрешалось беспрепятственно проводить там богослужения. С чувством невероятной благодарности они во второй раз отправили своего епископа в Константинополь, чтобы он передал их благодарность и дары для правителя. Путешествие оказалась роковым: 7 марта епископ Еферий тяжело заболел и, добравшись к острову Ааса, отдал душу Богу. Высокие кипарисы, которыми обсадили место последнего упокоения слуги Божьего, и по сей день указывают на могилу святого.

Святой император Константин со смирением и верой в Господень Промысел воспринял новость о смерти епископа Еферия. Уже вскоре новый святитель – епископ Капитон – с указом о назначении в Таврийские земли стоял на палубе корабля, идущего в Крым. Местные христиане встречали прибывшего с почестями и радостью, язычники же, которых до сих пор было здесь гораздо больше, никак не могли успокоиться и требовали от епископа чуда. И Господь даровал Своему рабу такую возможность: со словами молитвы на устах, в полном епископском облачении святитель Капитон ступил на разведенный костер и долго молился среди пламени. Местные безбожники ахнули, когда он невредимым вышел из очага с полной фелонью горячих углей. «Велик Бог христианский, который сохранил раба в печи горящей!» – удивленно восклицали те, не решаясь взять из рук святого Капитона огненные головешки. А тот держал их, как простую гальку с морского побережья и, казалось, совсем не чувствовал боли. Даже намека на ожоги не было на ладонях епископа, когда он в водах Понта Эвксинского крестил новообращенных. Святые отцы Первого Вселенского Собора в Никее благодарили Господа за Его милость, когда им рассказали о таком чудо святителя Капитона в далекой Тавриде.

Херсонесцы массово принимали христианство. В городе, казалось, уже не было тех, кто мог зажечь курильницу с фимиамом перед статуей языческого бога. Полнились храмы, велась проповедь Христа, крепла Его Церковь в Тавриде. Через несколько лет горожане провожали на пристани своего святителя в поездку в Константинополь и не знали, что видят его в последний раз. Корабль епископа Капитона бурей прибило к устью Днепра. Воинственные русичи, которые тогда еще поклонялись Даждь-Богу и Ладе, утопили всех, кто был на борту судна. Так отдал Богу душу святой Капитон, но его дело не остановилось и после смерти святителя.

Именно Херсонес современные историки называют местом, откуда с начала V века начала распространяться на Русь вера Христова. Это подтверждают и археологические раскопки: более 50 храмов, датируемых V-XIV веками, найдены в городе. В 987 году здесь принимает Крещение 25-летний юноша – киевский князь, вышедший из крестильной купели уже не язычником-женолюбцем, а надеждой Русского государства – святой равноапостольный Владимир. Колыбелью христианства именует Херсонес Церковь. Наверное, сегодня должны поблагодарить за это и священномучеников – Василия, Ефрема, Евгения, Елпидия, Агафодора, Еферия и Капитона – молитвы, труды, мученическая кончина и дальнейшее Небесное предстательство которых заложило нерушимые камни в фундамент Церкви Христовой на землях НАШЕГО Крыма – Православного: Светоносный день наста, пастырей епископствовавших светло в Херсоне: ихже воспеваем праздник, пострадавших за Христовы овцы. Священномученицы, молите пастыреначальника Христа, и нас прчести деснаго овец стояния, да вопием вам: радуйтеся священнии отцы, за Христа кровь свою излиявшии.

Читайте также