Як священик КП на людину напав: слідчий експеримент

12 серпня у селищі Карашина Корсунь-Шевченківського району Черкаської області сталася бійка між священиком Київського Патріархату та прихожанином УПЦ. Пройшов тиждень, аж раптом ЗМІ почали стрімко розкручувати цей інцидент, як під копірку, стверджуючи, що "паламар Московського Патріархату" завдав 8 ножових поранень священику Київського Патріархату. Як з'ясували кореспонденти Спілки Православних Журналістів, інформація, подана ЗМІ, має мало спільного з реальними фактами.

 
По-перше, як виявилося, прихожанин УПЦ не є ані паламарем, ані священослужителем. По-друге, його версія подій і той факт, що висновок судмедекспертизи зафіксував всього лише "легкі тілесні пошкодження" у клірика КП, свідчать про те, що останній приховав правду про події того дня. Гадаємо, слідство по цій справі поставить остаточну крапку на зливі неправди в ЗМІ, примусивши їх червоніти за недостовірно подані факти.

Читайте также

Украина: от христианства – к национальной религии?

Власти создают в Лавре пантеон, перезахоранивают тела нацгероев, устраивают церемонии с языческим подтекстом. Что это? Попробуем разобраться.

Портрет болгарского сторонника ПЦУ

Архимандрит Никанор поддержал ПЦУ и объявил войну собственному Патриарху. За обоими шагами стоит один принцип – право самому решать, кто в Церкви каноничен.

Кто скажет епископу, что он не прав?

Почему уверенность в собственной правоте так легко принять за духовное возрастание – и почему это разговор не только о епископах.

«Хотите есть колбасу – ешьте»: почему в ПЦУ отменяют пост

Колбаса в Успенский пост, молоко в Рождественский, «каждый сам себе устанавливает правила». Икономия предполагает норму, от которой отступают. Здесь нормы не остается совсем.

Скандал во Львове: почему УПЦ бесполезно доказывать свой патриотизм

Митрополит Филарет отдал Львову корпус под реабилитационный центр для раненых. Но патриоты потребовали объяснить, почему архиерей УПЦ оказался на его открытии.

Как власть пытается уничтожить УПЦ за границей

Украинские общины в Европе обвиняют в шпионаже и «российском влиянии». Доказательства: богослужения, помощь беженцам, работа с детьми и украинские колядки.