Два века не отмеришь, или Все мы предстанем на суд Христов
Мы все умрём, – так звучит эта фраза не в лучших традициях оптимизма, но это так. Для каждого из нас это очевидно, поэтому считать самым большим страхом для человека – страх смерти, вполне целесообразно. Наблюдая за развитием человеческой цивилизации, этот вопрос всегда был актуальным и никогда не исчерпывал интереса к себе и до настоящего времени, в большой век цифровых технологий.
Если же погружаться глубже, то в этой «кроличьей норе» можно провести всю жизнь, так и не найдя ответа на главный вопрос. Хотя главный вопрос тоже может отличаться. Многие утверждают, что вопрос «что такое смерть?» – самый главный в человеческой жизни. Но мы не стоим на месте потому, если наших предков интересовало, что же происходит с человеком во время этой великой тайны, то их последователи пошли гораздо дальше и не интересует их, что там происходит, а как обойти эту несправедливую закономерность происходящего с человеком?
Перечислять людей, которые всю жизнь искали эликсир бессмертия не уместно, потому что таких авантюристов хватает и в настоящее время: появляется так называемая крионика (замораживание людей с помощью жидкого азота), рекламируются будущие методы записи сознания и цифровой копии на жесткий диск, выращивание и замена органов, вышедших из строя, но, как видим, тысячи лет в пустоте и беспомощности не научили людей тому, что смерть нельзя обойти.
А если её нельзя обойти, придётся с ней смириться? Наверное, так. Но тогда назревает другой вопрос над сознанием человека – а что после смерти? И здесь тоже не одна тысяча лет в размышлениях, а что же там ждёт каждого из нас? Как говорится, сколько людей, столько и мнений, но всё-таки смириться с тем, что всю жизнь мы живём только для того, чтобы оставить после себя место «метр на два», наверняка несправедливо.
И наши мысли могли бы сейчас окунуться в массу преданий, мифов и легенд о загробной жизни тысяч народностей и культур, но для православного христианина всё более чем понятно – нас там ждёт наш Небесный Отец, который знает всё, как мы вели себя в коротком, земном пребывании. Страшный суд для каждого потому и страшный, что справедливый, здесь нет взяток, кучки знакомых юристов или чиновников, которые, как говорится, «могут порешать», есть только Он, наш Отец, и наша жизнь, в которой уже нет ничего тайного.
Поэтому мы, как дети нашего Небесного Отца, когда сейчас находимся в гостях на земле, учимся любви и видим в своей душе борьбу добра и зла, боремся с искушениями, чувствуем присутствие Божьей благодати, не можем быть равнодушными при мысли о земной кончине, и жизни, которая начнется после неё.
Для христианина вечная память всегда была примером святости, и как тут не вспомнить книгу Иисуса Сына Сирахова: «Во всех делах твоих помни о твоей кончине – во веки не согрешишь». Конечно, найдутся те, кто не согласятся с этим высказыванием, говоря – нет такого человека, который бы не думал о смерти, но почему-то это не приводит к уменьшению греховности мира в целом. И это действительно так, ведь вряд ли найдёшь среди нас того, кто не думал о конце, совсем другое дело, что он думает о смерти и какие выводы открывает для себя, помня о вечности.
Ведь для одних память о смерти – это воздержание от греховности, как следствие памяти о страхе перед будущим праведным судом, а для других – это решение жить на полную, цитируя при этом фразы язычников и безбожников – всё равно один раз живём, так что за короткий промежуток надо попробовать всё, что даёт возможность почувствовать земное, кратковременное пребывание в гостях со всеми его соблазнами и страстями.
Ещё не угасли в нашей памяти исторические упоминания горящих храмов, сброшенных с колокольни куполов, растерзанных в клочья икон, ну и как апогей гонения – ссылки и убийства священников. Вся эта кровь лилась не одно десятилетие, потому что это не только упоминание о 70-летнем периоде коммунистических гонений. В любой период Церковь Господня была гонима безбожниками, людьми, которые не хотели слышать о том, что за свои беззакония рано или поздно, но всё же придётся ответить.
Но для того, чтобы оправдать определенные остатки морали в своих чёрствых душах, безбожники придумывали всё разные и разные наветы, для того, чтобы затмить истину Божию своими желаниями – жить на полную.
Ожидания не заставляли долго ждать: кто же удивлялся гонениям от языческих императоров, которым христиане не хотели поклоняться, как богам, и не было большого удивления в криках типа – «религия – опиум для народа», «покажем по телевизору последнего попа». Это было «нормально», христиане в определенной степени привыкли к гонителям, которые своё «я» хотели поставить выше Вседержителя.
Но каждая мысль, каждое течение привыкло эволюционировать, привыкло маскироваться, надевая на свои горячие головы всё новые и новые маски. И сегодня мы становимся свидетелями «преображения» гонителей и безбожников в якобы «церковь». Оделись в красивые облачения и мантии, увенчали голову венцом митры, обвешали себя иконами и взяли в руки Библию, показывая себя во всей красе, но одного не смогли они замаскировать – свои тёмные души, окутанные злом и ненавистью, которые не хотят видеть Бога и исполнять святые заповеди.
Человек может назвать себя Наполеоном и ему сразу покажут дорогу в помещение с «жёлтыми стенами», и назовут номер палаты. И это нормально. А что будет тогда, когда человек, сам себя назовёт «патриархом»? Ему за это будут давать памятники национального значения, позволять устраивать разбои в православных храмах, изгоняя и избивая людей, закрывать глаза на законы, не говоря уже о канонах и мнение всего православного мира. Наверное, для кого-то это тоже нормально, потому дела говорят сами за себя, их не спрячешь в набожном виде и софринских облачениях.
Поэтому, когда у христиан забирают храмы, оставляют их с побоями, угрожают и в дальнейшем показывают так называемую «физическую силу веры и патриотизма», всё сразу становится на свои места, открывается сущность людей, которые называют себя христианами, но без Христа.
И получается, что эти люди не боятся страшного Суда, не потому, что имеют большие связи и уверены в том, что «порешают» все вопросы, а потому, что просто не верят в него, а если не верят в страшный Суд, значит и не верят в Того, Кто будет давать праведный приговор нашему земному пребыванию. У людей, которые не имеют страха Божьего, нет любви в жизни, а если нет любви, то нет и Бога ...
Эх, один раз живём, поэтому покажем всё, на что способны .... Хотя, может, что-то там всё-таки есть?
Читайте также
Святой с невыносимым характером
Блаженный Иероним Стридонский ругался с друзьями, оскорблял оппонентов и срывался на всех – и этот несносный книжник дал Западу Библию, которую читали тысячу лет.
Если молитва обледенела – это не ваша вина
Когда каноны давно читаются одними губами, а сердце молчит, как камень, – это еще не отпадение от Бога. У этого холода есть древнее имя, и через него проходили даже пламенные молитвенники.
Кротость – не слабость
Мы привыкли путать кротость с бесхребетностью. А в Евангелии этим словом называли объезженного боевого коня – огромную силу, взятую под узду.
Депрессия накрывает даже святых
Мы привыкли видеть на иконах безмятежные улыбки подвижников. Но один из самых глубоких интеллектуалов Церкви годами не мог выйти из комнаты из-за парализующей тоски.
Святой, над которым смеялась вся столица
Сто лет назад человека, которого теперь чтят как святого, образованная публика держала за посмешище. О том, как праведный Иоанн Кронштадтский отвечал на злые насмешки, стоит знать каждому, кто вступает в спор о вере.
Время погасить свет в прихожей
Мы слишком привыкли прятать усталость за маской сильного человека. Настоящая встреча с Богом начинается там, где больше нет сил притворяться.