Национализм и Царство Небесное

В настоящее время национализм внутри Церкви – одно из самых опасных орудий сатаны. Не случайно почти все расколы последних 200 лет идут под знаменем «незалежной державе – незалежную церкву».

О своей стране необходимо заботиться (по заповеди апостола Павла Рим. 13), но нельзя забывать, всё же, что это – только гостиница по дороге в небо. А служить в религиозном смысле стране – это просто нарушение заповеди. Ведь все мы помним: «Господу Богу Твоему поклоняйся и Ему ОДНОМУ СЛУЖИ».

Из-за нашего терпимого отношения к национализму у многих православных серьёзно повреждена сама вера.

Когда христианин начинает пытаться совместить свою веру с национализмом, его ждут огромные библейские проблемы. Сразу же в голову приходят «безродно-уранополитические» высказывания апостола Павла: «нет уже иудея, ни язычника» (Гал. 3, 28), «нет ни еллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всём Христос» (Кол. 3, 11).

Мысль апостола ясна и понятна. Она не оставляет места для национализма в Церкви. Но тут начинаются разные ухищрения.

Одни говорят, что эти слова – не о Церкви, а о Царстве Небесном. Хотя апостол ясно пишет, что написано это о нынешнем времени («теперь» – Кол.3,8).

Другие говорят, что в Церкви наций нет, а вне её стен – есть. Как будто христианин имеет право в какой-то своей части разотождествлять себя с Церковью. Но апостол Павел прямо говорит, что мы умерли для мира в Крещении (Рим. 6, 1-11, Кол. 3, 1-4).

Некоторые пытаются вывернуться, проводя параллель между половыми различиями и национальными – мол, раз есть разделение на два пола и у христиан, значит и различие наций сохраняется, и это нормально. Хотя то, к какой нации ты себя отнесёшь – вопрос скорее собственного мироощущения, а никак не объективной необходимости, в отличие от половой принадлежности.

Всё возникает оттого, что из-за привязанности к тленной и смертной земле люди утрачивают чувство неотмирности Церкви.

Для Библии принадлежность к нации не является чем-то необходимым.

В высшем смысле нации совсем другие:

Есть гои (языки).

Есть иудеи – это народ, разорвавший Завет.

Есть и особый народ – Церковь, народ Завета. Это нечто совершенно иное, чем все нации Земли. Мы не гои, не язычники, чтобы относится к нациям.

Мы – христиане, нация Иисуса Христа.

«Род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет, некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда не помилованные, а ныне помилованы» (1 Петр. 2, 9-10).

Мы бывшие украинцы, бывшие русские, бывшие татары, бывшие евреи – а ныне – дети Бога, народ Святой Троицы, граждане неба. Мы говорим на всех языках, из которых мы вышли, но мы иные.

Мы – третий народ.

И самотождество у нас должно быть не с бывшими своими народами, а только с Церковью. Хотя мы молимся обо всём мире, и ради нас мир и существует. Но мы – не граждане мира. Те народы, из которых мы вышли – это наше первое (но далеко не последнее) миссионерское поле. Но по сути – это чужбина. А все сердечные интересы для нас – в Церкви, в этом удивительном странствующем Царстве, чья Родина в небесах. Её интересы иные, чем интересы любого Царства земного. Они могут совпадать, могут и нет, но тождественными они не будут никогда. Церковь гораздо больше Земли.

В трудах патриотов и националистов часто приходиться слышать обличение тех, кто пытается совместить принадлежность к двум разным народам. Патриоты часто обличают тех, кто имеет двойное гражданство. Так почему же христиане забывают об этом? Мы – всегда христиане, и языками больше не будем никогда. В чине присоединения язычников Церковь молится: «Боже, Ты собрал ИЗ ЯЗЫКОВ, Церковь, народ Свой».

Бог выбрал нас из языков, а мы пытаемся вернуться обратно. Это старое искушение Израиля – «мы будем как все языки».

Да не будет так!

Это грех миролюбия, приводящий к вражде против Бога (Иак. 4,4). И это следствие, в первую очередь, нашего самолюбия (как об этом хорошо сказал Карамзин). Господь лечит эту болезнь Своими наказаниями, чтобы мы не были осуждены с язычниками.

Именно для того, чтобы вернуть это ощущение абсолютной инаковости христиан и их глубинного сродства церковников независимо от наций, из которых они были освобождены Богом, мы должны стремиться не к национализму, а к уранополитизму. Это единственная естественная точка зрения для тех, кто ощущает себя с Церковью.

«Уранополитизм – это (от греч. Uranos – небо, polis – город) учение, утверждающее главенство Божественных законов над земными. Уранополитизм утверждает, что главным родством является родство не по крови или стране происхождения, а родство во Христе. Уранополитизм утверждает, что христиане не имеют здесь вечного гражданства, но ищут будущего Царства Бога, и потому не могут ничему на Земле отдавать своего сердца. Уранополитизм утверждает, что в смертном мире христиане – странники и пришельцы, а их родина на небе».

Перечитывая Иоанна Златоуста, которого в какой-то степени можно назвать публицистом 4 века, мы видим, что он только о Боге и говорил. А у нас бывает сложно отличить публикацию православного от светского политолога. Вместо разговоров о спасении и подготовке к небу, только и слышишь о том, соответствует ли то или иное мировоззрение интересам государства, общества, либеральным ценностям и т. д. Об Одном только забыли – о Христе. А потому и неизбежны тупики, в которые мы сами загоняем себя.

Мы должны смотреть на все с точки зрения вечности. Ведь только тут мы найдём разрешение всем нашим бедам.

Читайте также