Тайна Православия

Из всего, чем обладает человек, внимания заслуживают не его телесные и интеллектуальные способности, но то, насколько он может стать причастником Христова Воскресения. Воистину тайна Православия – это тайна Воскресшего человека. Мы призваны свидетельствовать своей жизнью, что смерть побеждена. Духовное – всё то, что освящено тайной Креста и Воскресения. Истинного христианина мало интересует мир, со всеми его искусственными иллюминациями. Для него важно только одно – место и положение каждой отдельной вещи в преображенной реальности всего сотворённого. Его интересует откровение и познание того всесобирающего начала, которое касается всего сущего. Поэтому его взор смотрит только на то, что преображено, и что помогает познать самого себя и найти решение всякой проблемы, которая перед ним предстаёт.

Когда живешь, дышишь, ища милость Божию, тогда ткётся одеяние нетления и рождается в тебе сладость небесного утешения. Цель жизни – быть служителем Тайны Спасения. Так, чтобы жить не для себя, но для Того, Который умер за нас и воскрес.

В конце этого великого труда и подвига возникает новая поросль, – нетленная, неувядаемая, которая приносит стократный плод. Это Свет Будущего века, он дарует радость, животворит настоящее и будущее. Подвижники, вкусившие этот Свет такого рода, доходят до того, что с радостью и благодарностью принимают страдания, поношения и презрения. Ибо таким образом они освобождаются от временных утешений этого мира и становятся причастниками Вечной Славы.

В один монастырь периодически приходил за помощью старый пустынник. Однажды он сказал одному из монахов: «Надеюсь, ты не злишься, что я прихожу и прошу помощи. Я могу не приходить больше, ибо монах похож на пса. Если его ударишь и пнёшь, хорошо поступишь. Если не ударишь, но дашь ему кусок хлеба, и то хорошо».

Этому старцу перевалило за семьдесят лет, и он ни от кого не искал уважения. Сам себя считал псом. До земли кланялся всем, и у всех просил благословения. Но от него исходила такая благодать и неизреченная радость, что всякий его приход в монастырь был настоящим праздником.

Во всех смиренных душах, которые озарены радостью, светодействуют непрестанно две добродетели: тайна покаяния и тайна любви. Жизнь православного человека – это, одновременно, Великая Пятница и Пасхальное Воскресение. Мы призваны жить, постоянно переживая и живоносное умерщвление и радостотворный плач, становясь чувствительными и к покаянию, и к любви. Это путь жертвы, который ведёт в жизнь вечную. Никакой труд, соделанный из любви к Богу, не пропадает.

Только потерявший себя ради Бога и ради брата человек в состоянии найти настоящего себя и свои истинные размеры. Тогда в нём выявляется Богочеловечество и неограниченное величие человека, которое построено на непоколебимых основаниях смерти и исчезновения.

Когда приближаешься к зрелому монаху, то не находишь у него ничего сверхчеловеческого, завораживающего и головокружительного. Все у таковых глубоко человечно, смиренно и несет в себе спокойствие и утешение. Наряду со всеми подвигами и отшельничеством, они не удалились от человека, но обернулись к нему. Духовное преуспеяние монаха зависит от того, в какой мере он стал причастником Духа Утешителя, сколько получил Мира от Бога, насколько в состоянии быть братом человеку.

Игумену одного монастырей пришел помысел, что его братия превосходит по добродетели других монахов, потому что больше упражняется в молитве Иисусовой. Когда он спросили об этом духоносного старца, тот ответил: «Не говори мне, сколько твои монахи протянули четок и сколько Иисусовых молитв прочитали. Меня интересует другое – кто из них в состоянии понять уставшего человека и утешить озлобленного? В состоянии ли они освободить от диавольских сетей того, кто в них запутался? Если они в состоянии подарить брату мир духовный, пробудить в нем любовь к жизни, научить радоваться и благодарить Бога – это знак, что они преуспели духовно».

Православное монашество человеколюбиво. Всё в нём измеряется мерой любви. Оно открывает нам величие человека, незаходимый Свет Божьего Царства и то, что в Теле Воскресшего Христа всё становится новым и нетленным.

Читайте также