Прикосновение к чуду: Алипия Голосеевская. Моя история.

Монахиня Алипия

Монахиня Алипия последние 9 лет своей жизни спасалась в полуразрушенном домике в лесу на месте нынешнего монастыря. Еще при жизни матушка пользовалась особенным почитанием среди определенного круга христиан, знавших праведницу и получавших помощь от Бога в своих нуждах по ее молитвам. Это почитание еще более усилилось после упокоения монахини, в чем можно убедиться, наблюдая  огромный поток паломников, посещающих монастырь 30-го числа каждого месяца в течение года. Чего ищут и что ожидают все, приходящие к ней?

Бывают в жизни встречи с такими людьми, воспоминание о которых остаются навсегда, запечатлеваясь в памяти явственно, живо и светло, как настоящее чудо. Так было и со мною. Провидение Божие послало мне встречу с матушкой Алипией именно тогда, когда я особенно нуждалась в поддержке и молитвах такого праведного человека, и когда мне для утверждения в правильности моего жизненного выбора и преодоления трудностей был необходим живой пример подлинной христианской веры, любви и благочестия.

В ту пору я была студенткой университета. Училась на вечернем отделении и работала в школе. Как известно, в советское время педагоги считались работниками идеологического фронта и я, как будущий преподаватель, тоже относилась к этой категории. Однако, получив от своих родителей некоторые представления о христианской вере, я не намеревалась заниматься пропагандой атеизма и светлых идеалов коммунистического будущего. Напротив, частенько бегала на службы во Флоровский и Покровский монастыри, а также во Владимирский собор, где встретила группу таких же, как я, молодых единомышленников. Мы беседовали о Боге, размышляли о смысле жизни и делились скудной духовной литературой, которой в то время невозможно было нигде достать. Там-то я и услышала впервые от кого-то из верующих о некой прозорливой монахине, проживающей в Голосеевском лесу, к которой многие ходят за помощью и вразумлениями.

Я, мой брат, и еще один наш знакомый решили проведать старицу. Но еще раньше о ней узнала и посетила ее моя мама. Эта встреча очень ее впечатлила. Надо сказать, что мама моя, отправляясь первый раз в Голосеево к угоднице Божьей, имела в душе некоторую долю сомнения и недоверия. Она мне рассказывала впоследствии, что, подходя к матушкиному домику, подумала: «Вот интересно, посмотрю, что это за старушка такая и чем она так привлекает людей. Правду ли про нее говорят?» В тот день у матушки было немного посетителей. Она приветливо приняла мою маму, усадила за стол и вдруг так, между прочим, ни к кому не обращаясь, проронила: «И что же это за старушка такая и чем она так привлекает людей? Что про нее такое говорят!». Потом улыбнулась и посмотрела на маму. Та не просто удивилась, а оторопела. Она такого не ожидала. В тот момент ей показалось, что матушка Алипия читает ее мысли. После этой встречи и моя мама, и мой отец стали частыми посетителями старицы, которая очень хорошо и с большой любовью к ним относилась.

Голосеево – замечательное благодатное место. Здесь, кажется, все дышит святостью и умиротворением. Каждый раз, когда приходишь сюда, душа успокаивается, наполняется радостью и тишиной. И так явственно в памяти, как в самое первое посещение, вдруг встает облик удивительной маленькой, щупленькой старушки, внешне очень похожей на подростка, с живыми, добрыми и пытливыми глазами, в бессменной детской меховой шапочке и с каким-то странным горбом за спиной в окружении многочисленных котов, нашедших себе пристанище в ее дворе.

Матушка любила и жалела всякую живую тварь. Помню, как она позвала нас в свой домик, который и домиком-то назвать нельзя было. Так, полуразрушенное строение, укрепленное стеной с тыльной стороны. Сени и махонькая комнатушка, угол которой почти доверху был набит разными мешочками, кулечками и узелками. В них хранились крупы, сахар, сухари, хлеб и другие продукты от посетителей. Всем этим монахиня Алипия кормила всех, кто к ней приходил, а остальное носила на панихиду в церковь. Самое удивительное, что сколько бы не приходило к матушке людей, всегда всем хватало еды. Она как будто наперед чувствовала, сколько будет человек. Все верующие, посещавшие ее, знали, что старица несла подвиг юродства, который многим людям, далеким от Православия и Церкви, казался обычным безумием. Разговаривала она иносказательно, от мужского имени, чем немало приводила окружающих в замешательство. Такая «ненормальность» матушки никак не вписывалась в стандарты общества, отрицавшего Бога и не принимавшего ничего подобного. Потому в отношении нее предпринимались неоднократные попытки отправить на лечение в психиатрический стационар. Впрочем, Господь хранил и берег свою избранницу ради всех тех, кто приходил к ней со своей болью и бедой, кто нуждался в ее вразумлениях и утешении, за кого кого она  денно и нощно молилась перед Богом и Его Пречистой Матерью.

В тот день, когда мы попали к ней в первый раз, матушка Алипия приняла нас очень добродушно, кое-что расспросила. В одно из следующих посещений стала уверять моего брата, что он служит в церкви священником. Брат был в недоумении, потому что на тот момент, закончив художественную школу, собирался учиться дальше, чтобы стать профессиональным художником-оформителем, и ни о каком священстве даже не помышлял. Мне начала говорить про больницу и лечение людей. Признаюсь честно, я подумала тогда, что старица что-то путает. Однако, со временем жизнь расставила все матушкины «иносказания» по местам. Отслужив в армии, брат, несколько лет спустя, поступил во вновь открывшуюся в Киево-Печерской Лавре Духовную семинарию и стал затем священником. В школе, где я работала, произошла история, из-за которой я лишилась работы и не смогла окончить университет.

Мои христианские убеждения и посещения церкви, а также разговоры со старшеклассниками на тему религии стали предметом разбирательства. Особенно после того, как родители одной из учениц написали письмо в газету «Комсомольское знамя». После вышедшей статьи, которая, по замечанию директора школы, принесла много неприятностей администрации, меня уволили. Как матушка и предвидела, я поменяла род своей деятельности, поступив в медицинское училище. Долгое время работала в больнице. И лишь многие годы спустя опять вернулась на педагогическую работу. 

Когда еще мой брат служил в армии, произошел случай, который окончательно убедил меня в том, что матушка Алипия – Божья угодница, обладавшая даром прозорливости. От брата очень долго не было вестей. Мы не знали, в какую воинскую часть его распределили. А время было неспокойное, шли военные действия в Афганистане. Вся наша семья переживала о том, чтобы он не оказался среди тех, кого туда отправляют. За молитвенной помощью я поехала к старице в Голосеево. Было это зимой.

Выпал  обильный снег. Пробираясь коротким путем сквозь сугробы по тропинке, я заблудилась. Уже стемнело, а я все никак не могла найти дорожку. Мне стало не по себе и я мысленно позвала на помощь матушку: «Помоги мне выбраться! Я же иду к тебе». Оглянувшись, я увидела дорожку, в конце которой стояла старица и ждала меня. В тот раз мы были с ней наедине. Она молилась и, глядя на иконы, как будто с кем-то разговаривала. А потом, успокоив меня, сказала передать брату от нее теплые носки, чтобы грелись ноги. На следующий день все стало известно. Пришло письмо. Брат простудился и находился в санчасти.

Однажды я приехала к монахине Алипии после болезни. У меня сильно обострился гастрит, но я не говорила ей об этом. Матушка засуетилась и начала варить при мне молочную кашу и тушить капусту с грибами. А затем всем этим стала меня угощать. Я, находясь на строгой диете, боялась есть такую пищу, но матушка настояла. С ужасом подумав  о том, что будет со мной после такого обеда, я уступила ее просьбам. Как оказалась, еда не только пошла на пользу, но у меня совсем перестал болеть желудок. Впоследствии и я и мои близкие неоднократно были свидетелями чудесной помощи матушки Алипии.

У одной моей сотрудницы случилась беда. У невестки были очень тяжелые роды. Ребенок оказался безнадежным. Ее предупредили, что вряд ли проживет и день. Она в отчаянии поехала вместе со своим сыном в Голосеевский монастырь и слезно молилась у раки почившей монахини Алипии о сохранении жизни ребенка. Вопреки всем прогнозам, мальчик остался жив и очень быстро пошел на поправку. Так, и после своего упокоения праведная старица помогает каждому, кто с верою в Бога и надеждою обращается к ней за помощью, и у каждого из этих людей – своя история.

Читайте также

Евхаристия в римских трущобах

В 250 году Рим нанес удар по христианству тотальной бюрократией. В тесных многоэтажках Церковь выстраивала тайную сеть выживания.

Бронзовый лев против королевского меча

Средневековье принято считать эпохой абсолютного бесправия, где монарх казнил по щелчку пальцев. Но Церковь начертила границу, перед которой госмашина пасовала.

Убежище под сводами: как нас лечит храмовый полумрак

Мы бежим от выжигающего света ламп и экранов. Древняя церковная архитектура предлагает укрытие – спасительную терапию полумрака.

Риза из дорожного плаща

Фелонь священника когда-то грела плечи римского путника в дождь. Сейчас духовенство носит на себе одежду древних империй, но с новыми смыслами.

Духовная инженерия в осажденном Константинополе

Городские крестные ходы в Византии двигались по расписанию точнее военного марша – и не раз удерживали горожан от паники.

Рассказы о древней Церкви. Уровень управления: епископ

Раньше каждый христианин знал своего епископа лично. Исторический разбор показывает превращение малой общины-семьи в огромную административную структуру.