Митрополит Владимир (Сабодан): три слова об обновлении души

Блаженнейший Митрополит Владимир (Сабодан)

Святое Евангелие предлагает нам, вступающим в период поста, взять с собой мир и любовь. Пост предназначен для того, чтобы просить у Бога помощи и прощения за все наши грехи и беззакония, исправиться и милостию Божией духовно возродиться. 

*   *   *

Бог никогда не связывает человека невозможными требованиями, и когда повелевает любить врагов и прощать им, то знает, что мы можем это сделать, если только того захотим.

Трудясь над обновлением своей души в этом святом Великом посту, мы должны на первом месте поставить эту заповедь нашего Спасителя, как завет отца своим детям. Мы не можем просить для себя прощения, если не прощаем другим. 

*   *   *

Каждый из нас в эти священные дни Великого поста должен проникнуться мыслью о величии Божественного подвига (на Кресте), подвига, источающего нам высшее и совершенное счастье бессмертия и вечного блаженства.

Принесем Ему вместе с молитвой наше покаяние и исправление, чтобы быть достойными детьми наидостойнейшего Отца и Его Пречистой Матери. 

Читайте также

Христианство начинается там, где отбирают храмы

Когда привычный церковный уют рушится, мы впадаем в отчаяние. Святитель Иоанн Златоуст из ссылки объясняет, почему истинная вера шире стен храма.

Бесполетная зона над сердцем

Внешний мир сошел с ума и требует стопроцентной мобилизации злобы. Настоящее миротворчество сегодня – это вооруженный блокпост внутри сердца.

Нож мясника вместо меча крестоносца

Христос приносит людям не боевой меч, а кухонный нож. Эта разница меняет весь смысл Его слов о разделении семьи.

Тоска от голода по вечности

Смутное удушье среди безопасности и изобилия было криком сердца, созданного для бесконечности.

Нечистота двойного дна

«Блаженны чистые сердцем» – это заповедь об искренности, которая не прячет от Бога душевные раны.

​Укрощение степного зверя

Наша христианская вера выросла поверх пепла идолов и костей животных. И первым камнем в ее основании стала переплавленная вера князя, поднявшегося из глубины собственного ада.