Ті окремі наші священики, які перейшли в «ПЦУ», вже жалкують

Радикалы предлагают верующим переходить в ПЦУ

Розповіли мені сьогодні, що в регіонах ті окремі наші священики, які не встояли і перейшли в «ПЦУ», вже жалкують. Думають про повернення.
Це добре. Дай їм, Боже, мужності повернутися.
А в деяких селах на Західній Україні навіть люди, які були ініціаторами захоплення наших храмів, також починають розуміти, що дурниць наробили. Вже починають нашим громадам натякати, щоб верталися назад в храм.

Разом з тим окремі представники «ПЦУ» на останньому диханні де-не-де ще роблять спроби захопити наші храми. В центральній Україні один клірик-розкольник, закликаючи своїх прихильників захопити наш храм, сказав, що це остання можливість, бо влада міняється.
ВидихАються.

Читайте также

Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова

Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?

Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности

7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.

Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность

В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей

О двойных стандартах и избирательности церковных традиций

Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.

Алогичность любви

Поступки истинной любви не поддаются логике: они следуют сердцу, жертвуют собой и отражают евангельскую сущность Христа.

Справедливость не по ярлыкам

В Украине все чаще вместо доказательств используют ярлыки. Одних клеймят за принадлежность, другим прощают предательство. Когда закон становится избирательным, справедливость превращается в инструмент давления, а не защиты.