Притча: о том, как бес монаха искушал. Что нужно делать после падения

Фото: radiologos.ru

А впасть в этот грех монаху – все равно, что уничтожить все свои предшествовавшие труды. Бес пришел к падшему и сказал ему, что он теперь отпал от Бога и стал рабом греха и диавола.

– Ты теперь мой, – говорил бес.

– Ничего подобного, я – раб Божий.

– Да как же ты можешь быть Божиим, когда впал в мерзейший грех? Ты ужасный грешник.

– Ну что ж, что грешник? Я – Божий, а тебя знать не хочу.

– Да ведь ты пал?

– А тебе-то какое дело?

– Куда же ты теперь пойдешь? – растерянно вопрошал демон.

– В монастырь, конечно.

– Разве место тебе в монастыре после такого ужасного дела? Твое место теперь в миру. Да к кому же ты идешь?

– К духовнику на исповедь.

Что же сказал этому иноку духовник?

– Все свои прежние труды, брат, уничтожил ты своим падением. Встань и начни сначала.

А в ночь игумену того монастыря явился Господь Иисус Христос. Он держал за руку монаха.

– Узнаешь ли ты, кто это? – спросил Господь игумена.

– Узнаю, Господи, это монах из моего стада, но только падший.

– Знай же и то, что этот монах, не поддавшись наветам бесовским, склонявшим его к унынию и отчаянию, в самом падении своем посрамил беса, и Я оправдал его.

Читайте также

Вода для сердца: Почему Экзюпери писал о Крещении, сам того не зная

Мы все сейчас бредем через пустыню усталости. Перечитываем «Маленького принца» перед праздником Богоявления, чтобы понять: зачем нам на самом деле нужна Живая вода.

Литургия под завалами: О чем молчит рухнувшая Десятинная церковь

Князья бежали, элита испарилась. В горящем Киеве 1240 года с народом остался только неизвестный митрополит, погибший под обломками храма. Хроника Апокалипсиса.

Святыня в кармане: Зачем христиане носили свинцовые фляги на шее

Они шли пешком тысячи километров, рискуя жизнью. Почему дешевая свинцовая фляжка с маслом ценилась дороже золота и как она стала прообразом нашего «тревожного чемоданчика».

Чужие в своих дворцах: Почему Элиот назвал Рождество «горькой агонией»

Праздники прошли, осталось похмелье будней. Разбираем пронзительное стихотворение Т. С. Элиота о том, как тяжело возвращаться к нормальной жизни, когда ты увидел Бога.

Бог в «крисани»: Почему для Антоныча Вифлеем переехал в Карпаты

Лемковские волхвы, золотой орех-Луна в ладонях Марии и Господь, едущий на санях. Как Богдан-Игорь Антоныч превратил Рождество из библейской истории в личное переживание каждого украинца.

Рассказы о древней Церкви: положение мирян

В древности община могла выгнать епископа. Почему мы потеряли это право и стали бесправными «статистами»? История великого перелома III века.