Притча: о самой прекрасной музыке

Фото: w-dog.ru

– Бетховена, Гайдна, – отвечала она.

– А есть музыка еще лучше.

– Какая же? Моцарта? – спросила девушка.

– Нет, еще лучше.

– Может быть, Баха?

– Нет, нет.

– Какая же, я не знаю.

– Музыка души.

– Души? Музыка души, да разве есть такая? – спросила она.

– А как же. Есть.

– В первый раз слышу. Какая же это музыка?

– Это – покой души. Тот самый покой, о котором говорится в Евангелии: «Возьмите иго Мое на себя и обрящете покой душам вашим…» Вот этот самый покой. Изучали математику? Знаете, что такое знак равенства? Ну вот: покой души – блаженство – музыка, гармония всех душевных сил.

– Так вот – какая музыка…

Батюшка добавил:

– Так она мне понравилась. Вот придет одна такая, и все позабудешь: и тяжести, и скорби…

Читайте также

«Пикасо́»: грехопадение и покаяние

​Отрывки из книги Андрея Власова «Пикасо́. Часть первая: Раб». Эпизод 26. Предыдущую часть произведения можно прочитать здесь .

Ключи от Канева: как преподобномученик Макарий не отступил перед ордой

Сентябрь 1678 года помнит дым над Днепром и сотни людей в соборе. История преподобномученика Макария Овручского о пастыре, который не бросил своих овец ради спасения жизни.

Постная весна или засушливый ад: чему нас учит дуэль Зосимы и Ферапонта

Почему сухари отца Ферапонта пахнут гордыней, а вишневое варенье старца Зосимы – любовью. Читаем Достоевского в середине поста.

Броня невидимок: почему великая схима – это высшая свобода

Черный аналав с черепом – не знак траура, а снаряжение тех, кто покинул земную суету. Как обычная ткань становится щитом от любых земных тревог и страхов.

Человек, который писал умом: Феофан Грек и его белые молнии

Епифаний Премудрый наблюдал за ним часами – и так и не понял, как он работает. Феофан расписывал стены, не глядя на образцы, и одновременно вел беседу о природе Бога.

Практика причастия мирян: как менялась за 2000 лет

За два тысячелетия истории Церкви менялась не только частота принятия Тайн, но и само внутреннее отношение к нему. О том, как Евхаристия прошла путь от «ежедневного хлеба» до редкой награды и обратно.