Чем закончится путь от преподобного Иоанна Лествичника до «поколения Siri»

Фото: СПЖ

Преподобный Иоанн Лествичник

Неделя, посвященная преподобному Иоанну Лествичнику, отсылает нас не только к житию этого преподобного, но и к его произведению под названием «Лествица» (лестница). Этот труд являться древнейшим классификатором человеческих страстей и добродетелей с их подробным анализом.

Жизнь самого Иоанна Лествичника скорее всего подогнана византийскими книжниками под лекало, по которому традиционно писались жития преподобных. Согласно этой версии, будущий великий старец в 16 лет ушел в глухой далекий монастырь и где и прожил до самой смерти.

Но книга, написанная преподобным Иоанном, явно свидетельствует о том, что он имел высочайшее по тем временам академическое образование, которое юноша никак не мог получить до шестнадцати лет. И уж тем более не мог он получить такого образования в монастыре.

Для того, чтобы достичь такого уровня профессионализма, нужно было потратить многие годы не только для учебы, но и для серьезной юридической практики, которой, по всей видимости, преподобный Иоанн занимался до того, как ушел в монастырь. Об этом косвенно говорит серьезный лингвистический анализ его книги. Кроме того, личные биографические данные автора, упоминаемые и в книге, расходятся с официальной версией тех, кто писал его житие.

Лучшие психологи, о которых не знает психология

Но в этой публикации я не ставлю перед собой цели исследовать житие святого или проанализировать его труды. Для того, чтобы понять суть аскетического учения Православной Церкви, каким оно сформировалось к шестому веку, необходимо изучить «Лествицу» в контексте трудов других подвижников того же времени, тесно связанных с преподобным Иоанном. Это прежде всего духовное наследие аввы Дорофея («Поучения») и книга вопросов и ответов, известная под названием «Руководство к духовной жизни» святых Варсонофия Великого и Иоанна пророка. Здесь я хочу лишь отметить, что преподобные Дорофей, Иоанн и Варсонофий тоже имели очень хорошее по тем временам образование.

Для того чтобы выразить суть аскетической традиции Православной церкви, учение о внутренних движениях души, которые она претерпевает в процессе своего духовного роста, нужна была не только глубокая практика в этой области, но также литературный талант и солидное светское образование.

Если к этим трем вышеупомянутым книгам добавить еще и наследие преподобного Исаака Сирина, то перед нами предстанут труды величайших ученых-психологов, которые на своем личном опыте и на опыте своих собратьев создали атлас-карту психических процессов, которые происходят в глубинах человеческой личности.

Зачем нужно было святым хорошо учиться

В этой статье я хочу поделиться с моими читателями размышлениями об одной революции, которая прошла в нашем обществе, да, пожалуй, и во всем мире незамеченной, но последствия которой будут колоссальными. Как она связана с преподобным Иоанном Лествичником и вообще с духовной жизнью, вы поймете, прочитав статью до конца. Пока что остановимся на том, что сочетание у отцов и учителей Церкви блестящего светского образования и глубокого духовного опыта привело к тому, что мы имеем сегодня в виде Символа веры, догматических определений, литургической практики, аскетического наследия и т.п. Было время, когда светское образование не мешало, а наоборот, помогало святым отцам в деле домостроительства Церкви Божией. Вполне понятно, почему.

Образование – это, во-первых, получение знаний, а во-вторых, умение их применять и, соответственно, преумножать собственным жизненным опытом. Но беда в том, что мы это образование незаметно, как-то под шумок всяких других, более, казалось бы, важных событий мировой истории, похоронили. Похороны эти прошли совсем недавно, и масштабная катастрофа, которая за этим последует, ждать себя не заставит.  

Несколько слов об умершем образовании

Пока что на Земле еще живы те, кто хорошо помнят покойника и успели получить образование должным образом. Но эти люди постепенно уходят из земной жизни. А на смену им приходит другое, новое поколение «с приветом от Siri». Я, слава Богу, отношусь к предыдущему поколению, которое вынуждено было охотиться за знаниями первобытным способом. Расскажу своим молодым читателям, как это происходило.

Для того, чтобы ответить на семинаре по той или иной дисциплине, я должен был провести пол дня там, где его проводили все мои сокурсники – в университетской библиотеке. Сначала мы должны были подойти к огромному фанерному ящику, который назывался картотекой. Там мы проводили манипуляции, которые сейчас сложно объяснить. Используя алгоритм сложного отбора, мы получали десять-двадцать карточек, по которым нам выдавали книги и периодические издания. Большую часть полученной литературы нужно было обработать в библиотеке. То, что не успевали, приходилось брать на руки для ночной работы.

Уметь работать одновременно с десятками книг, быстро анализировать читаемый текст, находить в нем главное, делать правильные выводы из прочитанного – обязательные навыки и умения студентов той эпохи.

Полученные таким образом знания фиксировались в общей тетради с помощью руки и ручки, что было также очень важным элементом усвоения полученного результата. Это называлось забытым нынче словом «конспектирование». Каждый кусочек знаний, полученный таким образом, мы выковывали своим трудом и усердием. Из десятка книг студенты выжимали пару страниц конспекта, из сотен – дипломную работу, из тысяч – кандидатскую. Все это в обязательном порядке нас учили применять на практике, каждый по своей специальности. Но все это осталось в прошлом. Потому что в мире появился интернет.

Эпоха «Привет, Siri»

Библиотеки теперь стали не нужны, да и знания тоже. А зачем они нужны, если любую информацию можно найти, сказав всего лишь два слова: «Привет, Siri». Siri тебе обо всем расскажет, и ты узнаешь все, что нужно, без всяких на то усилий с твоей стороны. Даже более того, в конце концов она еще и спросит: «Хотите узнать больше?»

Из этого следуют вполне логические выводы. Во-первых, знания в голове уже не нужны. Во-вторых, умения отделять главное из второстепенного, критического анализа ума, от растущего поколения ожидать не стоит, потому что у них нет такого опыта работы.

А ведь главное, что давало образование в то время, когда мы его получали, это не сами знания, а умение думать! Это третье, самое трагическое, следствие постобразовательной эпохи.

Думать своей головой больше не получится, потому что непонятно, как это делать.

Привет, Ваня

Это именно то, что и нужно архитекторам Четвертой промышленной революции. Человек думающий, имеющий критический ум, способный анализировать, размышлять, сопоставлять факты и делать из них собственные оригинальные выводы, теперь носит название «враг народа, человечества, нового мирового порядка» – называйте, как хотите, суть от этого не меняется. Потому что человек думающий – главный тормоз всех необходимых преобразований данной революции.

Для этого на свет и появилось поколение «Привет, Siri». Оно не понимает, что Siri приходит не только тогда, когда они говорят ей волшебное слово «Привет». Она сама каждый день приходит к ним и говорит: «Привет, Ваня», когда Ваня запускает компьютер или смотрит на экран смартфона. Siri учит в это время Ваню, как правильно жить, что правильно думать, что ценить, кого ненавидеть, кого любить, какие жизненные цели перед собой ставить. Ведь Ваню не учили думать своей головой.

Новояз – как знамя эпохи

Как следствие всех этих процессов, у поколения Siri стал формироваться свой неояз. Язык, которым были написаны произведения, вошедшие в мировую сокровищницу литературы и поэзии, слишком сложен для поколения людей нового мирового порядка.

Всеобщая тенденция – читать только очень короткие тексты. Букв должно быть как можно меньше, содержание текста – как можно проще. Чем меньше букв, чем меньше извилин в голове, тем проще. Поэтому все должно быть кратко, просто, примитивно, понятно. Поэтому слова новояза похожи на команды для служебных собак: «Фас», «апорт», «фу». Только звучат они чуть иначе: хайп, топ, жиза, изи, краш, пруф, го, рофл и т.п.

Короткие, резкие, сжатые до предела, они формируют примитивное мышление человека, которым можно будет легко и просто управлять. Скажешь ему: «Иди убивай» – он пойдет убивать. Скажешь: «Бунтовать» – он начнет бунтовать. Мотивом для этого может быть любая ложь. Тот, кто привык верить Siri, будет верить чему угодно.

Я вам пишу – чего же боле?

Я удержусь от того, чтобы написать здесь предположительный текст смски, которую Татьяна Ларина могла бы отправить своему «крашу» Евгению, если бы она родилась, скажем, в году двухтысячном.

Правда, о какой Татьяне и о каком Евгении идет речь, вспомнят только «бумеры». «Зумеры» даже не почувствуют «кринж» по поводу того, что не знают «ваще», что это за «жиза» такая, и какой был «зашквар» между Таней и Женей, так что Сане Пушкину получилось написать «топчик» по этому поводу и «хайпнуть» на нем много «лайков».

Оцифрованный человек

Мы еще до конца не поняли, как интернет и вообще цифровые технологии поменяли и продолжают радикально менять сознание человека. Но уже очевидно, что будет оцифровываться не только литература, музыка, живопись и поэзия. Оцифровке подлежат также чувства, эмоции, знания, умения, навыки и, самое главное, душа человека. Сейчас нам это может казаться нелепым, но на самом деле это и есть конечная цель того, что происходит в мире.

«Человека разумного» должен сменить «человек оцифрованный», и нынешние дети и подростки – это и есть первое поколение «цифровых аборигенов». Они не выпускают из рук смартфоны, для них картинка, образ – главный источник информации. Реальный и виртуальные миры – равнозначны, и это только начало. Вся их жизнь проходит в соцсетях и мессенджерах. Они научились мгновенно считывать информацию в ленте, для них не существует гендерных шаблонов и стереотипов. За этими людьми будущее, именно они уже сейчас формируют будущие потребности рынка, моду, «нравственные» и «моральные» ценности, систему половых взаимоотношений, межличностных коммуникаций и мировую новую платформу жизни человечества.

Будет ли в ней место для Христа и Евангелия? Я не знаю. Но что-то мне подсказывает, что в новом мире будет «новый Христос», чем-то похожий на Евангельского, только с противоположным знаком.

Читайте также