О ПЦУ и послушании
Адриан Кулик. Фото: СПЖ
«Когда оно (православие, – Ред.) стало возвращаться из Московии к нам обратно, то оно уже пришло в другой форме. Это такое вот извращенное православие, извращенное христианство». В доказательство он привел утверждение о том, что «послушание выше поста и молитвы», почему-то назвав его догматом и приписав исключительно Русской Церкви. По мнению Кулика, этот «догмат» не христианский.
Во-первых, утверждение «послушание выше поста и молитвы» пришло к нам из одного древнего греческого патерика: «Так, братие, как сейчас слышали, подлинно послушание паче поста и молитвы; да иначе и не может быть» (Пролог. Мая 2).
Во-вторых, преподобный Иоанн Лествичник, посвятил добродетели послушания целую главу своей «Лествицы», где назвал ее: «блаженное послушание» «исповедничество», без которого «никто… не узрит Господа».
В-третьих, утверждение «послушание выше поста и молитвы» восходит еще к Ветхому Завету, к словам пророка Самуила: «Послушание лучше жертвы, и повиновение лучше тука овнов…» (1 Цар 15, 22).
Уровень христианского самосознания «иерарха» ПЦУ налицо.
Читайте также
Кто разрушил и кто восстановил Лавру: ролик Минкульта случайно выдал правду
Пропаганда Минкульта о Киево-печерской лавре неожиданно сказала правду.
Тернопольская публикация о Покрове: провал календарной реформы?
Новый календарь, введённый ПЦУ и УГКЦ при поддержке властей, значительная часть верующих не принимает.
Погоны или ряса: кто пишет сценарий для «борцов» с УПЦ?
Все указывает на то, что и Велиар, и Пшеничный – обычные исполнители чужого сценария. Вопрос лишь в одном – сценарист носит погоны или рясу?
Убить человека до рождения можно, после – нельзя. Почему?
Дети – это самая привилегированная часть общества. И в то же время в этом самом обществе детей официально позволено убивать – причем массово.
Награждение потомков большевиков в Лавре
Именно при заповеднике в Лавре издевались над мощами преподобных, устраивали в храмах музей атеизма, а в алтарях размещали туалеты.
«Выродки» и «тупые животные»: борцы с УПЦ добрались до детей
Историки, изучая наше время, будут недоумевать: как информационную политику огромной страны могли так долго определять настолько мелкие, злобные и ничтожные люди?