Притча: о машине без водителя

Захотела машина сама без водителя ездить. Взяла и поехала. Фото: wanttodrive.ru

Захотела машина сама без водителя ездить.

Взяла и поехала!

Где захочет – проедет, что надумает – сделает. Не жизнь – одно удовольствие!

Только вдруг видит она – впереди пропасть. Такая, что упади в нее – колес не соберешь! Ей бы на тормоз нажать, да разве без водителя это сделаешь?

Вспомнила машина про водителя и как загудит, что есть мочи! Услышал это водитель, догнал своевольную машину, заскочил в кабину и затормозил перед самой пропастью.

А если бы не успел?..

Автор притчи: Монах Варнава (Евгений Санин). Из книги: Маленькие притчи для детей и взрослых

Читайте также

Вода для сердца: Почему Экзюпери писал о Крещении, сам того не зная

Мы все сейчас бредем через пустыню усталости. Перечитываем «Маленького принца» перед праздником Богоявления, чтобы понять: зачем нам на самом деле нужна Живая вода.

Литургия под завалами: О чем молчит рухнувшая Десятинная церковь

Князья бежали, элита испарилась. В горящем Киеве 1240 года с народом остался только неизвестный митрополит, погибший под обломками храма. Хроника Апокалипсиса.

Святыня в кармане: Зачем христиане носили свинцовые фляги на шее

Они шли пешком тысячи километров, рискуя жизнью. Почему дешевая свинцовая фляжка с маслом ценилась дороже золота и как она стала прообразом нашего «тревожного чемоданчика».

Чужие в своих дворцах: Почему Элиот назвал Рождество «горькой агонией»

Праздники прошли, осталось похмелье будней. Разбираем пронзительное стихотворение Т. С. Элиота о том, как тяжело возвращаться к нормальной жизни, когда ты увидел Бога.

Бог в «крисани»: Почему для Антоныча Вифлеем переехал в Карпаты

Лемковские волхвы, золотой орех-Луна в ладонях Марии и Господь, едущий на санях. Как Богдан-Игорь Антоныч превратил Рождество из библейской истории в личное переживание каждого украинца.

Рассказы о древней Церкви: положение мирян

В древности община могла выгнать епископа. Почему мы потеряли это право и стали бесправными «статистами»? История великого перелома III века.