Сегодня снова распяли Христа…

История повторяется. Фото: СПЖ

Почти 2000 лет назад Пилат вышел к толпе народа, собравшейся во дворе его претории. Перед собой он вел Человека – окровавленного, избитого, связанного и оплеванного. Римский прокуратор допросил этого Человека. Допросил «с пристрастием», то есть, применив к Нему физическую силу, но никакой серьезной вины не нашел.

Так, заявления о том, что он Царь – нельзя было рассматривать в качестве серьезного аргумента для суда, потому что Царство Его не от мира сего. К свержению существующей власти Он не призывал, крамолы не поддерживал, народ на восстание не подбивал.

По сути, и судить Его не было за что. Но Пилат судил.

Не за вину, а за то, что этого суда потребовали фарисеи и саддукеи, потребовала толпа. Разбираться в причинах ненависти представителей иудейского народа к Учителю из Галилеи Пилат не хотел – боялся, что его обвинят в нелюбви к кесарю, а еще хуже – в отсутствии патриотизма. Иудея, куда попал Пилат, и так была ссылкой для него, и поэтому доказательство своей преданности императору стало для прокуратора Иудеи главной целью государственной службы.

Оставаясь верным псом римского цезаря, Пилат мог и дальше купаться в тех благах, которые ему предоставляло его положение. Красивые наложницы, изысканные яства, дорогие вещи и деньги – всем этим он не хотел рисковать ради этого странного Человека, смерти Которого так неистово требовала толпа.

Кто Он ему? Просто еще один иудей, пусть и с претензией на знание Истины. Смерть этого Человека никак не ухудшала положение Пилата. А вот, оставь он Его в живых… Иудеи и так кричали прокуратору, что для них другого царя кроме кесаря нет, тем самым намекая, что, может, для Пилата есть?

Так что, отдав Галилеянина на распятие, Пилат избавлялся от «головной боли» в виде справедливого суда и ответственности перед лицом толпы и римского императора – своего патрона.

И сказал Пилат иудеям: «вот, я вывожу Его к вам, чтобы вы знали, что я не нахожу в Нем никакой вины. Тогда вышел Иисус в терновом венце и в багрянице. И сказал им [Пилат:] се, Человек! Когда же увидели Его первосвященники и служители, то закричали: распни, распни Его! Пилат говорит им: возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины. Иудеи отвечали ему: мы имеем закон, и по закону нашему Он должен умереть… Пилат искал отпустить Его. Иудеи же кричали: если отпустишь Его, ты не друг кесарю; всякий, делающий себя царем, противник кесарю. Пилат, услышав это слово, вывел вон Иисуса и сел на судилище, на месте, называемом Лифостротон, а по-еврейски Гаввафа. Тогда была пятница перед Пасхою, и час шестый. И сказал [Пилат] Иудеям: се, Царь ваш! Но они закричали: возьми, возьми, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря. Тогда наконец он предал Его им на распятие…» (Ин. 19, 4-16).

И вот прошло 2000 лет…

19 октября 2023 года, в Верховной Раде Украины, как в новом синедрионе, толпа депутатов проголосовала за запрет Церкви – точно так же, как ранее толпа фарисеев и саддукеев выступила за распятие Христа.

В чем вина Церкви? В чем Ее обвиняют? По сути, в том же, в чем обвиняли Христа – в том, что Она претендует на знание Истины, в том, что Она делает людей сынами и дочерьми Божиими, что очень не нравится сынам сатаны.

Обвинения «в духовных связях» со страной-агрессором – это такая же юридическая галиматья, как и обвинение Христа в том, что Он претендовал на земное царство. И в случае с Церковью, и в случае со Христом, речь идет о духовных реалиях. И поэтому в обоих случаях земная власть посягает на высшую ценность в человеке – на его душу. И судит не за преступления, а за убеждения, не за желание покорить землю, а за желание пребывать в единстве с Небесами.

И сегодня, как и 2000 лет назад, толпа ликует. Как же не ликовать, если побеждены ненавистные толпе люди, которые не хотят ненавидеть и не хотят проклинать? Которые во время войны говорят о любви, а во время обстрелов – молятся за всех, даже за тех, кто стреляет. Не ненавидеть тогда, когда все ненавидят – значит самому стать ненавистным.

Преступление Церкви в том, что Она решила служить Богу, а не идеологии, любить ближнего, а не власть. А значит, стала врагом – и для идеологии, и для власти.

Что же, такая ситуация – не новая для христиан. Они всегда, с самых первых времен и с периодичностью в несколько десятков лет, были преданы, а потом – распяты.

Распятие ждет нас и сегодня. Но не надо отчаиваться. Потому что там, на Голгофе, уже стоит Крест. Тот самый, что поставил сотник Лонгин по приказу Понтия Пилата. Тот самый, на котором распят Человек – наш Господь.

Он не обещал нам беструдную жизнь, не обещал беспроблемное существование. Наоборот, Он говорил, что «блаженны плачущие…», «блаженны алчущие и жаждущие…», «блаженны те, кого поносят» за имя Его. Другими словами, блаженство достигается скорбями.

Именно поэтому Господь перед Своим Распятием сказал: «И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12, 32). То есть через Крест он зовет нас к Себе. Святитель Амвросий Медиоланский пишет: «На Кресте Он распростер руки, чтобы всех привлечь к Себе, чтобы всех приобщить к Своей победе, и чтобы сопрячь с небесным земных, освободив их от уз смерти и наложив на них иго веры».

Так что не отчаивайтесь – Христос хочет приобщить всех нас к Своей победе. Мы удостоились того, чтобы пострадать за имя Его. Время нашей радости пришло!

Христос Воскресе!

Читайте также

Христианство начинается там, где отбирают храмы

Когда привычный церковный уют рушится, мы впадаем в отчаяние. Святитель Иоанн Златоуст из ссылки объясняет, почему истинная вера шире стен храма.

Бесполетная зона над сердцем

Внешний мир сошел с ума и требует стопроцентной мобилизации злобы. Настоящее миротворчество сегодня – это вооруженный блокпост внутри сердца.

Нож мясника вместо меча крестоносца

Христос приносит людям не боевой меч, а кухонный нож. Эта разница меняет весь смысл Его слов о разделении семьи.

Тоска от голода по вечности

Смутное удушье среди безопасности и изобилия было криком сердца, созданного для бесконечности.

Нечистота двойного дна

«Блаженны чистые сердцем» – это заповедь об искренности, которая не прячет от Бога душевные раны.

​Укрощение степного зверя

Наша христианская вера выросла поверх пепла идолов и костей животных. И первым камнем в ее основании стала переплавленная вера князя, поднявшегося из глубины собственного ада.