Все, что нажито непосильным трудом, все пропало
Захваченный храм в Ленковцах
История самая тривиальная. Осенью 70 активистов провели в клубе собрание, на которое общину УПЦ не пустили. А то, что 300 членов настоящей общины ранее голосовали за верность УПЦ, никому не интересно. Они – украинцы третьего сорта. В том числе и настоятель, сын которого на передовой с начала войны.
И все вроде как обычно. Таких случаев сегодня сотни.
Но есть в этой истории нечто новое. Община, предполагая захват, вывезла из храма свое имущество и богослужебную утварь. И «священник» Назарий Краснодемский, захвативший храм, этим страшно возмущен: «Ничего нет! Все позабирали как бандиты! Как нелюди! Нет ничего!».
Когда вор забирается в квартиру, а там – только деньги. Никаких драгоценностей.
Читайте также
Погоны или ряса: кто пишет сценарий для «борцов» с УПЦ?
Все указывает на то, что и Велиар, и Пшеничный – обычные исполнители чужого сценария. Вопрос лишь в одном – сценарист носит погоны или рясу?
Убить человека до рождения можно, после – нельзя. Почему?
Дети – это самая привилегированная часть общества. И в то же время в этом самом обществе детей официально позволено убивать – причем массово.
Награждение потомков большевиков в Лавре
Именно при заповеднике в Лавре издевались над мощами преподобных, устраивали в храмах музей атеизма, а в алтарях размещали туалеты.
«Выродки» и «тупые животные»: борцы с УПЦ добрались до детей
Историки, изучая наше время, будут недоумевать: как информационную политику огромной страны могли так долго определять настолько мелкие, злобные и ничтожные люди?
Убийство священника в Польше Зеленский видит, монаха в Святогорске – нет
Почему Зеленский так эмоционально и молниеносно реагирует на убийство католического клирика и глухо молчит об убийстве православного монаха?
Социологи насчитали, сети пересчитали: сколько реально прихожан у УПЦ и ПЦУ
Официальные социологи уверяют, что у структуры Думенко фантастическое преимущество по числу прихожан, а опросы в соцсетях показывают совсем иную картину. Кому верить?