Как запрет Церкви превратить в ее «защиту»

Глава УГКЦ Святослав Шевчук. Фото: gazeta.ua

Но как может закрытие храмов и запрет богослужений быть «защитой» Церкви? И каким образом на приходах УПЦ религия могла использоваться в качестве оружия? Ответ очень простой – никак.

Как тут не вспомнить знаменитые цитаты Оруэлла «война – это мир», «свобода – это рабство»…

Любой адекватный человек понимает, что слова Шевчука – это полный абсурд.

И тут хотелось бы напомнить главе униатов о недавнем историческом периоде, где его структура оказалась в очень схожей с УПЦ ситуации.

Советская власть, зная о тесных связях Греко-католической церкви с националистами, приняла решение об их фактическом запрете. С 1946 по 1990 год УГКЦ была в подполье.

Сегодня униаты очень негодуют по поводу решения Сталина и называют годы подполья «мученическими».

Но разве не могли тогда большевики аргументировать запрет УГКЦ сегодняшними словами Шевчука? Мол, запрет униатов «не является запретом Церкви, а ее защитой от опасности использования религии как оружия»?

Существует такой афоризм: «Раб мечтает не о свободе, а о собственных рабах».

В нашем случае униаты, пережившие запрет своей Церкви, всеми силами поддерживают запрет для православных.

Такое вот «христианство».

Читайте также