Сельские священники пытаются выращивать цветы в пустыне

Мы хватаемся за каждого человека, как за редкий цветок, выросший в пустыне

СЕЛЬСКИЕ СВЯЩЕННИКИ ПЫТАЮТСЯ ВЫРАЩИВАТЬ ЦВЕТЫ В ПУСТЫНЕ

Мы сельские священники очень одиноки и это одиночество очень больно. Городские, наверное не так, потому как в городах церковные общины более многолюдны и качеством веры люди отличаются, потому что настоящих христиан там статистически больше чем в селе. А вот нам, сельским, приходится чувствовать недостаток живого общения и вообще недостаток востребованности.

Христианство это не религия одиночек, а семья, где люди едины друг с другом во Христе. Христианство подразумевает не заточение, а общение с едиными по духу единомышленниками. Там где единомышленников нет или их мало, ощущается сожаление и недостаток.

Для сельских священников больнее и заметнее когда свои, из-за каких-то обстоятельств, говорят, что им пока не нужна Церковь и не нужен Христос. В ответ на возражения, что так не правильно, могут быть обиды и даже грубость: «Не нужно меня жизни учить». Ну а что мне говорить? «Молодец, так держать, не причащайся и не ходи в храм, потому как твои проблемы важнее всего на свете»? Я не могу так говорить и потому, когда кто-то заблуждается, пытаюсь разворачивать человека и возвращать в Церковь, но не всем это нравится. Человек слепнет и уже не мил Бог и тем более не милы те, кто совсем недавно были так близки. Это трагично. И эту трагедию, мы сельские священники, переживаем довольно часто, потому как пытаемся хвататься за каждого человека, как за редкий цветок, выросший в пустыни и как горько, когда этот цветок вянет на глазах и ты ничего сделать не можешь.

«Да брось ты, не бери близко к сердцу» - иногда пытаясь утешить, говорят городские священники. Ну да, вам проще говорить, потому как  у вас 100 цветов, а у меня их на пальцах посчитать можно и они вянут…

Когда цветов мало, ты отдаешь им всего себя, а когда много,  наверное, психологически, по-человечески как-то так не сильно и обидно. Нам сельским тяжело, потому как в пустыни пытаемся выращивать цветы… Нам более заметней и больнее, когда человек, для которого ты выделял столько времени и сил, в момент кризиса, вдруг говорит: «Ну и не нужно». Не нужен Христос, не нужен я как священник, не нужны братья и сестры, с которыми вместе ходили в храм. Значит, на самом деле и не были верующими, значит, никого не  любили, значит, все было фарс или магизм, чтобы легче жилось?

Мне говорят: «Чего ты ноешь. От Христа люди также отворачивались, а ты тут печалишься». Я думаю, и Христос о таких людях печалился, потому что полюбил их. Если ты не любишь, то и печалиться не будешь. Любовь печальна, потому как часто терпит утраты. Вот и печалюсь. Дай Боже сил.

 

Читайте также

Смерть монаха

Я, конечно, не эксперт, поэтому сугубо личное наблюдение. Атмосфера смерти монаха и мирянина существенно отличается. Нет многих неприятных моментов, как то соседи и знакомые, советующие всевозможную ахинею, вроде завешивания зеркал, переворачивания стульев и прочей суеверно-ритуальной бредятины, сопутствующей периоду подготовки к похоронам.

Не надо ковыряться в навозе

Друзья, сегодня у нас не совсем обычная тема. На этот раз я хочу задать вам вопрос и понять, в чём я не прав. Или, наоборот, услышать, что я прав.

Секс во время поста

"Допустима ли супружеская близость во время поста? Есть ли четкая позиция Церкви по этому вопросу?"

Кризис, который способен изменить церковную жизнь навсегда

Потеря храмов, служение в домах и разрушение привычной церковной жизни многим кажутся катастрофой . Однако история христианства показывает, что именно через гонения Церковь нередко возвращалась к своим истокам.

Молитва как путь любви

Молитва - это возможность взглянуть на себя, свою жизнь и мир вокруг глазами Бога.

О «своём» Боге по обе стороны войны

Два похожих «чуда» — и два противоположных вывода о Боге. О том, как вера превращается в аргумент в пользу своей стороны.