Хочешь стать хорошей мамой – принимай наркотики? О новом окне Овертона
СМИ все чаще утверждают, что курение марихуаны – это нормально. Фото: Адвокат консалтинг
Насаждение ЛГБТ-идеологии, популяризация смены пола (даже у детей), «самоидентификация» гендера и т.д. Сейчас мы наблюдаем еще одну «фишку» – создание позитивного образа мамы, принимающей наркотики.
Британский медиагигант ББС опубликовал на своей украинской странице статью «Я курю марихуану, чтобы быть лучшей мамой». В ней рассказывается про американку Даниель Бренд, для которой «употребление легального каннабиса стало способом оздоровления и релаксации. Но вскоре женщина заметила, что эта практика также помогает ей в воспитании ее двоих детей». Она даже написала книгу о том, «как каннабис помогает ей выполнять материнские обязанности. Она говорит, что употребление марихуаны позволило ей замедлить темп и найти время для общения с детьми».
ББС пишет, что Бренд знает множество женщин, которым употребление каннабиса помогло стать лучшими мамами, но «осуждение общества не позволяло им выйти из тени». Говоря проще, в ББС утверждают, что «можно быть ответственными родителями и одновременно употреблять каннабис» и это то же самое, как другие пьют вино.
Журналисты пишут, что «в странах, где употребление марихуаны легализовали и активно исследуют ее влияние на здоровье, отношение общества постепенно меняется. Все больше женщин не скрывают, что употребляют марихуану... и это нормально».
«Пускай старшие дети присмотрят за младшими, а мы расслабимся и хорошо проведем время», – подводят итог в издании цитатой «матери-наркоманки».
Что тут сказать.
1. Сама технология пропаганды марихуаны практически «слизана» с приемов насаждения ЛГБТ, трансгендерства и т.д.:
• Циничное использование темы счастливой семьи и детей – мол, мамы, забивающие косячок, точно так же (и даже лучше) выполняют свои родительские обязанности. Как тут не вспомнить приторные картинки счастливых гей-семей с приемными детьми, которые «ничуть не хуже» традиционных семей.
• Жалобы на якобы несправедливое «осуждение общества», которому просто необходимо положить конец.
• Технологи упоминают, что «отношение общества постепенно меняется» и «все больше женщин не скрывают», что принимают наркотики. То есть наркозависимость подается как некое освобождение от предрассудков.
2. Читая эту статью, необходимо помнить, что украинские власти не прекращают попыток легализовать в стране медицинский каннабис. Красной нитью публикации проходит мысль: в странах, где легализовали каннабис, жизнь мам стала счастливее. Таким образом, украинцев подводят к очевидной мысли: каннабис – это совсем не страшно, а приятно и полезно, в том числе и для детей.
3. Сама статья – просто классическое пособие по технологии окна Овертона: от «немыслимо» через «приемлемо» к действующей норме. Последнее утверждается совершенно прямо – мол, курение марихуаны – это нормально.
Какой вывод из всего этого? Предоставим это сделать читателю.
Читайте также
Отнятый орден Зеленского: какие у украинцев должны быть герои?
В последние годы украинская власть стремится представить членов ОУН-УПА героями для всех украинцев.
Крестным ходам – нельзя, гей-парадам – можно
Власть «уважает права, свободу и человеческое достоинство» очень многих: иудеев, фанатов поп и рок-музыки, и теперь вот – гомосексуалистов. Но православные в это число не входят.
Успенский собор Лавры и деньги
При том, что на строительство всего собора пошло $12,5–13 млн., на его восстановление предлагается освоить более $11,1 млн. И это лишь «стартовая» сумма.
Удар по Лавре: какие будут последствия?
Никто не говорит, что удар по Лавре, уделу Богородицы, – это запредельный уровень абсурда, когда война, разрушив уже сотни православных храмов, пришла в самое сердце нашего Православия.
Зеленский и удар по Лавре: скорбь на экспорт?
Если удар россиян по Успенскому собору – это, по слову Зеленского, «варварство», то как назвать уничтожение властями Украины храмов УПЦ? Это разве не варварство? Это «другое»?
Как Епифаний стал преемником «оккупанта»
В системе координат ПЦУ владыка Иоанн был живым воплощением той самой «духовной оккупации» Украины и Киево-Печерской лавры, с которой они сегодня так героически борются.