А нас за что? О реакции Фанара и патриарха Феодора на Экзархат в Африке

Патриарх Феодор. Фото: РПЦ

11 января высказался синод Фанара, а 12 января сделал заявление синод Александрийской Церкви. Как и предполагалось, греки из обеих Церквей полны возмущения и негодования. Общий смысл документов можно передать одной фразой: «А нас за что?»

Фанариоты, напомним, осудили «незаконное вторжение Русской Церкви в юрисдикцию древнего Александрийского Патриархата» и пообещали «сделать все возможное для восстановления канонического порядка на Африканском континенте».

Гораздо более словоохотливыми были у патриарха Феодора. Давайте разберем вкратце его основные тезисы.

1.  У патриарха Феодора заявили, что спустя два года после признания Сергея Думенко и ПЦУ они «неожиданно (неожиданно, Карл! – Ред.) получили незаконное и неофициальное вторжение» РПЦ. Также они расценили создание Экзархата как «шантаж и месть».

Если отбросить эмоции, мы видим, что патриарх Феодор вполне осознает, что создание Экзархата напрямую связано с его признанием раскольников и сослужением с ними.

2.  В Александрийской Церкви обвинили РПЦ в «вирусе этнорасизма». И это очень смешно, поскольку в Александрийском патриархате, окормляющем ВСЮ Африку, собственно, африканских епископов крайне мало. Почти все они – греки по происхождению. Мало того, на последнем синоде заявлено о решении рукоположить 6 архимандритов во епископы. Так вот, пятеро из этих шести – греки! Согласитесь, очень остроумно после такого обвинять РПЦ в «этнорасизме».

3.  У патриарха Феодора считают, что созданием Экзархата «грубо нарушается суть нашей православной веры».

Ну да, ну да. Когда Феодор усиленно хаял украинских раскольников и призывал верующих УПЦ к верности Митрополиту Онуфрию, а потом пошел служить с Сергеем Думенко, это не было «нарушением сути нашей православной веры». А когда РПЦ назвала его раскольником и предприняла соответствующие действия, все изменилось.

И пару слов, собственно, о «сути веры». Напомним, что согласно каноническим правилам, священник, служивший с раскольником, сам становится раскольником и подлежит извержению из сана. Потому, с точки зрения Церкви, Африка стала «канонической пустыней», и Русская Церковь (как и любая другая) имеет полное право «защищать православных, которые отказываются ассоциировать себя с расколом» (слова Экзарха Африки митрополита Леонида).

4.  Александрийская Церковь пообещала «верное и немедленное применение к нарушителям церковных наказаний», а также рассказать о ситуации другим Церквам.

Реакции на это решение Александрийской Церкви в РПЦ пока нет, но есть реакция на слова Фанара. И она очень показательна. Экзарх Африки сказал следующее: «Не мы вошли в каноническую территориальность другой Церкви, не мы подвергли бедам и невзгодам украинский народ, не мы уклоняемся от разумного братского диалога, который помог бы остудить менторский тон предстоятеля Константинопольской Церкви. Что касается канонического порядка на африканском континенте, то под омофором Русской Православной Церкви он был не нарушен, а восстановлен».

Ну и еще одна, крайне важная фраза архиерея: «Впредь РПЦ будет купировать антиканоничные действия любых руководителей, покушающихся на законы, устои, традиции Церкви». И вот на это «любых» на Фанаре стоило бы обратить особое внимание.

Читайте также