Что значит «взять свой крест»?

Гефсиманская молитва Спасителя. Фото: СПЖ

С первой частью материала можно ознакомиться здесь.

И вправду, хорошо христианину в добром настроении с миром принимать все случающееся с ним: все события жизни, внешнюю обстановку, неприятности от ближних, скорби, болезни и даже саму смерть.

Неизменным помощником в таком благостном расположении бывает твердое упование на Промысл Божий, который одинаково печется и о каждой былинке, и о Церкви Божией, имеющей обетование, что врата адовы не одолеют ее.

Ничего в мире не происходит без воли Божией. А попускаемые Им беды претворяются во блага для кротких и смиренных Его чад: «Любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8: 28).

Но чтобы не обольстило нас самолюбие возможностью легкой победы – над страстями, над своим «ветхим человеком», – напомним: условием этой победы является несение своего креста вслед за Господом.

Сознательное, доброхотное, вплоть до решимости жизнь свою положить за веру – на что и указывают слова Царицы Небесной: «Хочу пострадать».

Готовность или желание?

Что именно от нас требуется: желание пострадать или готовность пострадать?

Допустим, требуется только готовность, и человек смиряет себя в мыслях с согласием пострадать. Как он себя поведет, когда его смирение подвергнется серьезному испытанию?

Вспомним евангельского юношу, который, казалось, был готов на все ради Царствия Божия. «Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною. Услышав слово сие, юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение» (Мф. 19: 21-22).

Одной решимости оказалось недостаточно. Теперь, чтобы жить дальше, ему придется или пойти к фарисеям, которые его быстро успокоят, или как-то снова вернуться ко Христу. Но как, если Христос ему уже дал заповедь, а он ее не хочет исполнить?

Заповедь звучит так: «Отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мк. 8: 34).

Другими словами можно сказать: прими страдание. А это невозможно сделать в состоянии одной только готовности, без желания.

Мнимая готовность при отсутствии желания понудит человека выкручиваться, будет толкать к поиску альтернатив и компромиссов. Например, на почве церковных искушений умные люди сразу придумывают обновленчество, экуменизм и т. п.

«Иду в Рим, чтобы снова распяться»

Почему священноначалию гонимой Церкви, заботящемуся о сохранении церковного имущества от разорения, Матерь Божия ничего не велит, а только ставит Себя в пример: «Хочу пострадать»?

Надо полагать, что двумя словами Царица Небесная сказала как раз то, что надо. Апостол Петр сказал то же самое немножко пространнее: «Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо. <…> Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его» (1 Пет. 2: 19-21).

Вспомним историю: святой апостол Петр находился в Риме, когда Нерон начал гонение на христиан. Ученики уговорили его покинуть Рим. Выйдя из города, на древней Аппиевой дороге апостол встретил Иисуса Христа. На вопрос: «Куда идешь, Господи?» («Камо грядеши, Господи?») Спаситель ответил: «Иду в Рим, чтобы снова распяться».

Как видим, Господь в ситуации, аналогичной нашей, не сказал больше того, что сказала Матерь Божия.

В этих словах – дух Евангелия.

Петру не надо было лишних слов, чтобы вернуться в Рим и взойти на крест – Петр знал, ради чего отдает свою жизнь.

Спасение святынь или спасение души?

На что направить усилия во время гонений: на усвоение себе христианского призвания или на сохранение церковного имущества? Не потому ли Бог временами попускает быть ему разграбленным, что мы, озаботившись внешним, забываем о деле своего призвания?

Подвизаясь сохранить церковные ценности, тоже можно законно пострадать.

Только в главном нужно остаться верным: в догматах веры и преданности Матери Церкви.

Ревнуя о храмах Божьих, мы не должны расходиться в духе с молитвою «Отче наш». Отстаивать святыни нужно беспристрастно, без раздражения, никого не соблазняя, не осуждая, а предавшись всецело в руки Господа, сказавшего: «Мне отмщение, Аз воздам…» (Евр. 10: 30).

Если вернуться к понятиям готовности и желания, то готовность заканчивается у подножия креста, а руки, которыми христианин берет свой крест, называются желанием пострадать.

Готовность – это состояние оглашенных. От верных требуется большее – умение реализовывать эту готовность через желание, через отвержение души со страстьми и похотьми (ср. Гал. 5: 24).

«Дай кровь и прими дух» – просто и коротко выразили этот духовный закон святые отцы.

«В раю нераспятых нет»

Что бывает, если без знания пути спасения начать спасаться? Все ли пришедшие в Церковь в ней остаются? Оставшиеся не ропщут ли? А почему ропщут? Потому что путь спасения – это крест.

Не будем винить Церковь в том, что в ней что-то не так делается. Преподобный Исаак Сирин предостерегает: «Бог все немощи человеческие несет, ропщущего же не терпит, если не накажет». Почему не поискать своей вины в том, что у нас нет правильной веры, нет знаний о смысле жизни и о кресте?

Преподобный Силуан Афонский говорил: «В раю нераспятых нет». Святитель Игнатий (Брянчанинов) сказал то же самое: «Не распятый – не Христов». Если мы этого не знаем, то вина наша, что не захотели узнать.

Господь не давал нам гарантии, что в земной Его Церкви все будет в порядке, мы не имеем права этого порядка требовать ни от Него, ни от служителей Церкви. У Господа Свой порядок – Он ищет ищущих Его.

Святитель Иоанн Златоуст, обращаясь к соблазняющимся, приводит в пример Авраама: «Какими священниками пользовался Авраам... какими учителями? <…> Он сам имел благомыслящую душу, а ее и достаточно было». Он приводит в пример Ноя, который был праведен, когда «вся вселенная погрузилась во зло», и его сына Хама, который имел лучшего учителя в лице отца, но был злым. Он приводит в пример Иова, который «не имея ничего такого, с великим рвением проявлял все виды добродетели».

Наконец, Златоуст говорит об Иуде, который не получил спасения даже от Христа. Он видел чудеса, сам совершал их, слышал поучения о Царствии и геенне, принимал участие в Таинственной Трапезе, но «впал в безумие и... сделался предателем».

Все это сказано святителем к тому, что ничем и никем не надо соблазняться.

Выход – только в Боге

Исторические события неминуемо движутся к апокалиптическому завершению. Господь обещал спасти каждого стремящегося ко спасению: «Грядущаго ко Мне не изжену вон» (Ин. 6: 37).

При нестроениях в мире будут происходить нестроения и в Церкви. Христианину, желающему спасаться, неизбежно понадобится уметь точно определять, где благодатная Церковь Христова.

Церковь хранит истину, и нам надо знать ее и ни за что не терять.

Вспомним слова духовника Киево-Печерской лавры архимандрита Аврамия (в схиме Агапита): «Христианам, детка, крест свой надо непременно понести. <…> Остается только взывать: «Господи, помоги!»

Но что делать нам, когда мы, будучи уже крещенными, не только бегаем от своих крестов, но соблазняемся проповедью креста Христова? Апостолов нет. Живых учителей веры и покаяния почти не осталось. По книгам учиться мы ленимся.

Будучи крещенными без никакой подготовки, мы брошены среди враждебного мира и вынуждены признать: это наш крест. Крест, изработанный нами и нашими предшественниками.

Выход только вверх, через крест – ко Христу. Но кто научит нас и даст силы преодолевать в себе нежелание пострадать?

Посмотрим пристально на пример Самого Христа. Разве у Него не проявлялась немощь естества человеческого? Вспомним моление Его в саду Гефсиманском: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты».

Именно в этой молитве и борении и взошло Христово «ХОЧУ ПОСТРАДАТЬ» на самую что ни есть вершину Его человеческого смирения.

Именно этот образ борения и молитвы оставил нам наш Спаситель для подкрепления нашего немощного желания последовать за Ним.

Читайте также