Государство и храмы: католикам – возвращают, у православных – забирают

Мероприятие в Николаевском костеле. Фото: ГЭСС

Мероприятие в Николаевском костеле. Фото: ГЭСС

7 января в Николаевском костеле Киева прошла торжественная церемония передачи храма католической общине. Собрался весь управленческий бомонд: премьер-министр, министр культуры, заместители главы ОП, глава ГЭСС и т. д. При СССР здесь устроили органный зал. Храм остался в собственности Минкульта и после обретения независимости. С 1990-х католики пытались вернуть его себе, но только сейчас удалось это сделать, и то после серии скандалов.

Католики передачей не очень довольны, поскольку это не возврат храма, а бесплатная аренда на 50 лет. Но в современных условиях и это – большое достижение: что здесь будет спустя полвека – никто не знает.

Хотелось бы обратить внимание вот на что. В ГЭСС заявляют, что передача костела – «важная веха в процессе восстановления исторической справедливости и нарушенных прав верующих». Также в ведомстве уверяют, будто Госэтнополитики «отстаивает необходимость возвращения верующим культовых зданий и имущества, отчужденных коммунистическим режимом».

Нет сомнения, что это мудрая и государственническая позиция. Вопрос – а почему она применяется только к католикам?

Разве не должна ГЭСС бороться, чтобы Киево-Печерскую лавру отдали Церкви после того, как большевики 100 лет назад изгнали оттуда монахов и устроили «музейный городок»? Безусловно, должна. Но власть не только не возвращает Церкви монастырь, она сама выгоняет оттуда монахов. Также она выгоняет православные общины из древних храмов в Чернигове, Владимире, Кременце.
Еще раз подчеркнем: не возвращает храмы верующим, а выгоняет их. Особый цинизм в том, что выгоняет после того, как люди восстановили храмы за свой счет.

Чем отличаются верующие РКЦ от верующих УПЦ? Теоретически – ничем, у них точно такой же украинский паспорт. Но на практике все иначе.

Мы рады за католиков, которым отдали их костел. Но нельзя не увидеть, что нынешняя власть самым очевидным образом делит верующих на сорта. Католики и униаты относятся к первому, а верующие УПЦ – даже не ко второму или третьему. Скорее – к последнему.

Но мы не жалуемся. Мы помним слова Христа, что кто был последним – станет первым.

Убить человека до рождения можно, после – нельзя. Почему?

Дети – это самая привилегированная часть общества. И в то же время в этом самом обществе детей официально позволено убивать – причем массово.

Награждение потомков большевиков в Лавре

Именно при заповеднике в Лавре издевались над мощами преподобных, устраивали в храмах музей атеизма, а в алтарях размещали туалеты.

«Выродки» и «тупые животные»: борцы с УПЦ добрались до детей

Историки, изучая наше время, будут недоумевать: как информационную политику огромной страны могли так долго определять настолько мелкие, злобные и ничтожные люди?

Убийство священника в Польше Зеленский видит, монаха в Святогорске – нет

Почему Зеленский так эмоционально и молниеносно реагирует на убийство католического клирика и глухо молчит об убийстве православного монаха?

Социологи насчитали, сети пересчитали: сколько реально прихожан у УПЦ и ПЦУ

Официальные социологи уверяют, что у структуры Думенко фантастическое преимущество по числу прихожан, а опросы в соцсетях показывают совсем иную картину. Кому верить?

Кто в Польше работает на Кремль? Версия ПЦУ, униатов и католиков

Кто в конфликте Польши и Украины «агентура Российской Федерации»? Зеленский, присвоивший имя УПА спеццентру ВСУ? Навроцкий, отобравший у него за это орден? Польские евродепутаты?