Пустыня мегаполиса: как найти Бога в шуме новостей и гуле мыслей

Пустыня мегаполиса. Фото: СПЖ

«Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия» – с этих слов начинается это воскресное чтение Писания. Марк, в отличие от Матфея или Луки, опускает описание родословной и Рождества и сразу переходит к сути. Со слов «В начале» начинается Библия. Словом «начало» (ἀρχή (arche)) открывается и Евангелие от Марка.

Но если в Ветхом Завете «начало» знаменовало возникновение материи и времени, то здесь «начало» означает вторжение вечного во временное. И местом, где Вечное полагает начало раскрытию своего замысла, становится пустыня.

Все, что христианин делает в своей жизни, есть полагание начала встречи с Богом. Мы ищем этой встречи в храме, в общественной или личной молитве, в надежде на жизнь будущего века или в скорбях века нынешнего.

Шум, крадущий Бога

Но что важно понять: местом этой встречи может быть только пустыня. В шуме мегаполиса Бога отыскать невозможно. О Нем там много говорят, Его часто рекламируют проповедники, которые Его Самого никогда не видели. И речь идет не только о внешнем мире, но и о внутреннем мегаполисе.

Пронзительный гул электричек мчащихся мыслей, бесчисленные клаксоны новостных лент, режущие глаз неоновые огни эмоций – все это ослепляет и оглушает. Мегаполис крадет у нас «начало», подменяя его бесконечным шумом, уведомлениями и социальными ролями. В его шуме наш ум разбит на тысячи осколков и находится в состоянии глубочайшего рассеяния.

Это «преисподняя» – место, где связь с вечностью разорвана.

Иоанн Предтеча питался в пустыне акридами и диким медом. А мы питаемся «эмоциональным фастфудом» интернета. Он не насыщает. В пустыне мегаполиса «дикий мед» благодати можно найти только в очень суровых местах, там, где ты можешь погрузиться в самые глубины человеческих страданий, боли и горя. Возможность послужить Христу в страдающем человеке – это пища пустыни. Она горькая, как акриды, но дает силу нашему духу.

Пустыня безразличия

В Сахаре ты один, потому что там никого нет. В городе ты один, потому что там слишком всех много, но нет никого, кому ты можешь позвонить в случае нужды среди ночи. Там может быть много тех, кто готов разделить с тобой радость Фавора, но нет никого, кто готов быть рядом, когда ты страдаешь на кресте.

Это пустыня безразличия. В ней люди наполняют себя внешней суетой, чтобы заглушить в себе внутреннюю пустоту.

Философ Майстер Экхарт сказал по этому поводу замечательные слова: «Бог не находит в тебе места, пока ты полон собой». Пока мы доверху заполнены своими мыслями, чувствами и желаниями, в нас будет жить страх, порождающий ненависть. Что же нам делать?

Правило малых пауз

Создавать пространство пустыни в повседневной жизни и уходить туда хотя бы на малое время. Посреди дня на работе или дома – неважно где – «умирать» для всего и всех хотя бы на короткое время. В метро или в маршрутке не тянуться за телефоном, перестать скроллить новостную ленту или смотреть короткие видосики.

В практическом богословии это называется «правилом малых пауз».

Найдите в своем дне время для полной внутренней тишины. Без телефона, без музыки, без мыслей. Пускай это будет вашим ежедневным погружением в глубины духовного сердца.

Пустыня – это не песок. Это внутренняя тишина, где нет мыслей, желаний, страхов, где ты один на один с собой. В этом одиночестве рождается твой внутренний «глас вопиющего в пустыне». Станьте в этот момент матерью, которая потеряла своего ребенка на многотысячном восточном рынке. Она не «произносит слова», она кричит всем своим существом, надеясь найти свое дитя.

Таким же должен быть и наш вопиющий к Богу глас. Это может быть молитва Иисусова либо какая-либо другая. Это крик погибающего человека, вся надежда которого только на то, что Небо его услышит и отзовется.

Цитадели тишины

В исихазме это называется «умным деланием». Для этого делания не нужна келья на Афоне, это может быть и переход между станциями метро, или остановка городского транспорта. Даже в большом городе всегда есть места, где плотность информационного шума ниже.

Природа – это первый «текст», написанный Творцом.

Найдите дерево или скамейку в парке, или место в читальном зале библиотеки. Эти залы – последние цитадели, которые еще хранят свою удивительную тишину и энергетику сосредоточения. Иисусова молитва идеально подходит для города. Она легко синхронизируется с шагами и дыханием.

Попробуйте один час в день провести в режиме «информационного поста». Просто погулять по улице, рассматривая таинственные лики прохожих-икон. Святитель Феофан Затворник советовал «заключиться в клети сердца». Внутри нас есть таинственная комната. В этой комнате есть дверь, ведущая в иной мир. За ней живет Бог.

Пылинка на сандалиях

Представьте, что вы стоите в одиночестве и темноте на крыше огромного небоскреба. Внизу – миллионы огней, шум, суета. А над вами – безмолвное звездное небо. И в этот момент вы понимаете, что все то, что мы считали своим – наше образование, сбережения, социальный статус – тонкая паутина, сдуваемая ветром времени.

Само наше Я – это всего лишь маленькая пылинка на сандалиях Того, Кто пришел креститься на Иордан.

Это то, что чувствовал Креститель, стоя перед Христом. Иоанн Предтеча – возможный предел человеческого совершенства – падает ниц у ног Христа, потому что знает: разница между его святостью и Божеством – бесконечность. Дистанция между Иоанном и Христом – это онтологическая пропасть, которую человек не может преодолеть сам. Он может лишь смиренно молить, чтобы Бог протянул ему руку помощи. Но мы живем иначе.

Тайна развязанной обуви

В мире, где все доступно по клику, человек потерял чувство дистанции перед Вечностью. «Бога» он также решил подчинить своим желаниям и сделать удобным для себя. Совсем иное чувство было у святых. Чем ближе они стояли к Свету, тем яснее видели свое ничтожество в сравнении с Божественным величием. Тем грешнее они себя считали. Это не самоуничижение, а реальность, которую ощущает человек, стоящий перед славой Божией.

Поэтому и говорит Иоанн Предтеча: «Я недостоин развязать ремень на Твоей обуви...». В этих словах находится давно забытая основа христианского лидерства.

Чем выше человек в духовной иерархии, тем больше он осознает свое ничтожество перед Богом и тем искреннее его желание стать слугой для других.

Перестанем считать себя центром Вселенной и думать, что все события мировой истории вращаются вокруг нашей судьбы. Будем учиться развязывать обувь тем, кого наше эго считает ниже себя. Ведь каждый человек носит образ Христа.

Читайте также

Пасхальная проповедь о разборках в винограднике

Хозяин виноградника платит опоздавшему столько же, сколько работавшему с рассвета. Таков был главный удар Спасителя по нашему чувству справедливости.

Бог услышал крик Давида, услышит и наш

Треть библейских псалмов – это крик боли, упреки и гнев, обращенный к Богу. Церковь не вычеркнула из них ни строки – ведь в этом можно найти опору.

Мера поста важнее его строгости

Типикон расписывает мирянину монастырский устав по часам, не давая образцов его мирского исполнения. Мера поста – не в уставе, а в рассудительности.

Как христиане отказались от пацифизма

Как первые христиане отказывались убивать по приказу – и что изменилось после Константина.

Синяк под глазом неправедного судьи

Спаситель использует образ подкупного чиновника, чтобы научить нас никогда не опускать руки. Исторический разбор палестинского суда I века меняет взгляды на молитву.

Дом нельзя обустраивать в придорожной ночлежке

Рим считали вечным городом – но он рухнул за три дня. Блаженный Августин, глядя на руины, понял то же, что и нам предстоит осознать, стоя на обломках привычного мира.