Почему разжигатели ненависти к УПЦ должны сидеть в тюрьме

Гузь на амвоне Успенского собора во Владимире. Фото: ПЦУ

31 января в отнятом у верующих УПЦ Успенском соборе Владимира состоялось хорошо срежиссированное торжественное мероприятие, на которое привезли около 300 людей со всех храмов ПЦУ города и других населенных пунктов. Возглавил «первую литургию на украинском языке» Сергей Думенко. Его сопровождала верхушка местной власти, а также народный депутат Игорь Гузь. И вот его слова нас особо впечатлили. Стоя на амвоне собора рядом с Думенко, Гузь выдал речь, которую можно считать образцом разжигания религиозной ненависти.

Основные пункты:
• когда в Успенском соборе молились верующие УПЦ, он был «под властью Москвы»;
• верующие УПЦ – это «кацапы»;
• изгнание УПЦ и передача собора ПЦУ – важнейший шаг к военной победе Украины над РФ;
• фреска в соборе с изображением царственных страстотерпцев будет уничтожена, после этого в храме воцарится «украинский дух»;
• Владимирская часовня, которая находится рядом с собором, будет отнята у верующих УПЦ и передана ПЦУ;
• Гузь призвал настоятельницу Зимненского монастыря добровольно перейти в ПЦУ, в противном случае намекнул на силовой захват.

Один из главных тезисов Гузя – что Успенский собор столетиями страдал под гнетом российских царей, а теперь украинская власть его освободила. Что ж, каждый имеет право на свою точку зрения. Но приведем общеизвестные исторические факты.

Древний Успенский собор после униатского периода, к концу XIX века был практически разрушен и представлял собой руины с обрушенным куполом и упавшими стенами. И кто же его возродил? Вы будете удивлены, но это российский царь Николай II, изображенный на фреске храма. Он выделил на возрождение собора около 60000 рублей, а потом дополнительно объявил сбор по всем храмам Российской империи. В итоге было собрано 127550 рублей, и к 1900 году Успенский собор был отстроен российскими архитекторами в нынешнем благолепном виде.

Такая же «зрада» и относительно Владимирской часовни, которую Гузь требует отдать ПЦУ. Ее построили в честь двух событий, связанных с царской семьей: спасения царя Александра III с семьей после крушения поезда, и спасения Николая II после покушения в Японии. То есть, если бы не «гнет Москвы», не было бы во Владимире ни часовни, ни, скорее всего, и Успенского собора. Некуда было бы Сергею Думенко «возвращать украинскую молитву»

Но главное даже не в этом. Эти храмы строились не для побед одного государства над другим, утверждения «украинского духа», или «духа» какой-то другой нации. Их строили для молитвы и возрастания в народе Христовой любви. А то, что делает Гузь – это прямо противоположное. Он разжигает ненависть одних украинцев – к другим. Он устраивает травлю верующих только потому, что они принадлежат к «неправильной» конфессии.

Потому давайте называть вещи своими именами: то, что говорит и делает Гузь, согласно закону, – преступление. Его место – на скамье подсудимых. И его время придет.

Читайте также

Отнятый орден Зеленского: какие у украинцев должны быть герои?

В последние годы украинская власть стремится представить членов ОУН-УПА героями для всех украинцев.

Крестным ходам – нельзя, гей-парадам – можно

Власть «уважает права, свободу и человеческое достоинство» очень многих: иудеев, фанатов поп и рок-музыки, и теперь вот – гомосексуалистов. Но православные в это число не входят.

Успенский собор Лавры и деньги

При том, что на строительство всего собора пошло $12,5–13 млн., на его восстановление предлагается освоить более $11,1 млн. И это лишь «стартовая» сумма.

Удар по Лавре: какие будут последствия?

Никто не говорит, что удар по Лавре, уделу Богородицы, – это запредельный уровень абсурда, когда война, разрушив уже сотни православных храмов, пришла в самое сердце нашего Православия.

Зеленский и удар по Лавре: скорбь на экспорт?

Если удар россиян по Успенскому собору – это, по слову Зеленского, «варварство», то как назвать уничтожение властями Украины храмов УПЦ? Это разве не варварство? Это «другое»?

Как Епифаний стал преемником «оккупанта»

В системе координат ПЦУ владыка Иоанн был живым воплощением той самой «духовной оккупации» Украины и Киево-Печерской лавры, с которой они сегодня так героически борются.