Почему о христианском отношении к войне говорит папа, а не лидеры Церкви

Папа римский Франциск. Фото: At.net

«Это правда, что у нас есть Родина и мы должны ее защищать. Но нужно идти дальше, к более универсальной любви. Церковь должна молиться о покаянии агрессора, того, кто пришел разрушить нашу родину и убить наших родных. Молимся ли мы об этом? Это и есть поведение христианина. Молитесь и об агрессорах, потому что они – такие же жертвы, что и вы. Их ран не видно – они в душе».

На папу сейчас выльется очередная порция критики (в том числе и от униатов) за «российскую пропаганду». Но нельзя не заметить, что среди крупнейших христианских лидеров именно папа сейчас говорит о войне евангельскими словами: что Церковь выше земной родины, что нужно любить врагов, прощать их и молиться о них.

Конечно, можно сказать, что это все неискренне, что это – обычная католическая расчетливость. Но факт остается фактом – на фоне заявлений, что война в Украине религиозная, метафизическая и чуть ли не духовная, слова папы выглядят недостижимым евангельским идеалом. И это очень печально.

Читайте также

Намек на новую демографическую реальность?

Судя по всему, нас ждет массовый завоз мигрантов из беднейших стран Африки и других регионов. И абсолютное большинство из них будут исповедовать ислам.

О захвате храма УГКЦ в Токмаке

Заявления УГКЦ о «богохульстве» – это не голос гонимой церкви. Это двойные стандарты в чистом виде.

О заявлении Буданова по УПЦ

Для Еленского и его Госэтнополитики заявление Буданова пришлось очень не ко времени.

Почему ПЦУ до сих пор празднует Пасху с москалями?

В соцсетях «патриоты» массово недоумевают: почему мы до сих пор празднуем Пасху с Москвой? Доколе?

Соболезновал ли Патриарх Варфоломей из-за смерти Филарета?

В Константинополе никогда не признавали Филарета патриархом: ни святейшим, ни почетным, никаким. Потому фраза в отчете президентской пресс-службы выглядит абсолютно неправдоподобной.

Зачем Думенко сел в кресло Митрополита Онуфрия?

У главы ПЦУ есть своя резиденция и резиденция Филарета. Но ему нужна именно Лавра, именно кабинет Митрополита Онуфрия.