Финансирование конфессий из налогов украинцев: какие перспективы?

Украинцы будут финансировать ПЦУ и УГКЦ? Фото: СПЖ

Народный депутат Украины Никита Потураев, известный своей антипатией к УПЦ, предложил финансировать религиозные организации через налоговые механизмы. «Речь идет о том, чтобы граждане Украины получили возможность из своих налогов поддерживать те религиозные организации, которые они считают нужными. Это широко распространенная в Европе модель», – заявил Потураев.

Идея на первый взгляд может показаться привлекательной, однако в украинских реалиях несет очень большие риски.

Европейские модели финансирования церквей
Эти модели в целом сводятся к четырем видам:

1. Церковный налог для членов конкретных религиозных общин.
2. Налогоплательщик выбирает получателя из утвержденного государством списка.
3. Прямое бюджетное содержание духовенства.
4. Отсутствие налогового механизма финансирования.

1. Церковный налог или взнос для членов конкретных религиозных общин

Самый известный пример – Германия. Там церковный налог, Kirchensteuer, платят не все граждане, а только члены официально признанных религиозных организаций. В большинстве федеральных земель ставка составляет 9% от суммы начисленного подоходного налога.

При средней годовой зарплате около 53,8 тыс. евро брутто это составляет примерно 640–900 евро в год.

Схема финансирования выглядит так: человек официально заявляет работодателю и госорганам о своей принадлежности к определенной конфессии. Работодатель удерживает с него церковный налог вместе с подоходным. Налоговые органы собирают эти средства и перечисляют их соответствующей религиозной организации, удерживая административный сбор.

Важно понимать, что налогоплательщик не может указать конкретный приход или монастырь. Деньги получает религиозная организация в целом, которая их распределяет по своим внутренним правилам.

Интересно, что Поместные Православные Церкви, зарегистрированные в Германии, как правило, живут на пожертвования, а не собирают церковный налог со своих верующих, хотя имеют на это право.

Главной причиной этого является отсутствие традиции жесткого фиксированного членства и связанных с этим финансовых и иных формальных обязательств.

Подобная система существует в Австрии, Дании, Швеции и других странах.

Финляндия также относится к этой группе, но в этой стране есть одна особенность: верующий регистрируется не как член конфессии, а как член конкретного прихода, которому и перечисляется его церковный налог.

2. Налогоплательщик выбирает получателя из утвержденного государством списка

Здесь церковный налог – это не дополнение к подоходному налогу, а процент самого подоходного налога, который человек может направить религиозной организации.

Например, в Италии действует система otto per mille – «восемь на тысячу», то есть 0,8% подоходного налога. В абсолютных цифрах на каждого человека это всего несколько десятков евро, но в сумме получаются многомиллионные средства, которые получает в основном католическая церковь.

Если налогоплательщик указал, какой религиозной организации направить деньги, она их и получает. Если не указал, они распределяются пропорционально выбору тех, кто такой выбор сделал.

В Испании действует похожая модель, но со своими особенностями. Налогоплательщик может направить 0,7% своего подоходного налога или католической церкви, или на социальные цели. Он может выбрать оба варианта или не выбрать ни одного. При этом он не влияет на конкретное распределение этих средств. Этим занимается или католическая церковь, или государство. Подобные модели распределения действуют в Венгрии и Румынии.

3. Прямое бюджетное содержание духовенства

Самый яркий пример – Греция. Государство напрямую финансирует Элладскую Православную Церковь из госбюджета, включая выплату зарплат духовенству. К примеру, в 2023 г. на это было потрачено примерно 200 млн евро.

В этом случае налогоплательщик никак не может повлиять на распределение своих налогов. Он просто уплачивает общеобязательные налоги в бюджет.

Похожая модель существует в Бельгии, где государство финансирует официально признанные религии, а также в Норвегии, где основное финансирование получает лютеранская Церковь Норвегии, а зарегистрированные религиозные и мировоззренческие сообщества могут претендовать на государственные гранты.

4. Отсутствие налогового механизма финансирования

Во Франции, Нидерландах и ряде других стран нет церковного налога или иного механизма регулярного налогового финансирования религиозных организаций. Религиозные организации в основном содержатся за счет пожертвований, использования собственного имущества, внутренних сборов и так далее. При этом государство или муниципалитеты могут выделять средства для социальных проектов, ремонта исторических зданий и подобной деятельности.

Ни одна из этих моделей не безупречна. В самих европейских странах признают их существенные недостатки.

Недостатки бюджетного финансирования религиозных организаций

Формализация церковной принадлежности

Вера превращается в налоговый статус. Человек не может оставаться верующим и не платить церковный налог. Например, католическая церковь в Германии прямо заявляет, что нельзя выйти только из «церковной корпорации» и при этом сохранить полноценную принадлежность к «духовной общине Церкви». Получается что-то вроде: или плати, или ты не католик.

Возможно, это одна из причин, по которой в Германии ежегодно более трехсот тысяч католиков официально покидают церковь.

Обратная сторона этого явления заключается в том, что часто человек, уплативший церковный налог, считает уже излишним участие в богослужении и жизни общины.

Зависимость от госструктур

«Кто платит, тот и заказывает музыку». Определенным образом это действует и в церковно-государственных отношениях. Церкви, получающие деньги от государства, часто не могут себе позволить перечить общепринятой государственной идеологии. В Европе это поддержка ЛГБТ и других явлений, которые церкви считают несовместимыми с христианским вероучением. Церкви вынуждены или молчать, или признавать Священное Писание устаревшим и корректировать его нормы.

Дискриминация незарегистрированных религиозных организаций

Во многих европейских странах процедуры регистрации религиозных организаций слишком громоздки и бюрократизированы. Часто религиозным организациям отказывают в регистрации по непонятным причинам. В некоторых странах, для того чтобы получать финансирование, нужно кроме регистрации заключить отдельные договоры с государством. В итоге финансирование получают лишь немногие церкви, что несет риски нарушения принципа недискриминации. На это обстоятельство указывал даже Европейский суд по правам человека.

Непрозрачное распределение средств

Поскольку деньги, получаемые из госбюджета, церкви распределяют по своему усмотрению, возникает риск непрозрачности или каких-либо перекосов. Внутри церквей возникает зависимость тех клириков, кто получает деньги, от тех, кто влияет на их распределение. Все это может негативно отражаться как на атмосфере внутри церкви, так и на ее внешнем имидже.

Что это будет означать для Украины

Теперь вернемся к предложению Потураева. В украинских реалиях такая модель неизбежно станет полем для злоупотреблений. И вот почему.

Во-первых, решать, какая религиозная организация «достойна» денег налогоплательщика, а какая нет, будут не верующие, а государство. И критерием отбора будет вовсе не историчность, каноничность, многочисленность и другие подобные моменты. Таким критерием будет лояльность государству. Собственно, Н. Потураев прямо так и сказал: финансирование будут получать «нужные» церкви, к которым он отнес ПЦУ и УГКЦ.

Во-вторых, самая многочисленная конфессия Украины, УПЦ, почти наверняка останется без финансирования. ГЭСС признала ее аффилированной с РПЦ и подала иск о запрете деятельности.

В-третьих,

налоговый механизм будет использоваться для стимулирования переходов в ПЦУ. К фейковым собраниям, незаконным перерегистрациям и силовым захватам добавится финансовое давление.

В-четвертых, любая модель церковного налога предполагает заявление человека о том, к какой конфессии он себя относит. И если человек выбрал «не ту» Церковь, государство будет об этом знать и делать выводы.

В-пятых, такая система – широкое поле для коррупции. То, что деньги будут распределяться согласно внутренним решениям самих церквей, в украинских условиях с большой долей вероятности будет означать откаты, злоупотребления и другие формы «освоения бюджета».

В-шестых, церкви попадут в жесткую зависимость от государства. А если учесть, что наше государство не гнушается вмешательством во внутренние дела церквей, это будет означать, что власти будут требовать от них выполнения своих пожеланий. Например, В. Еленский уже выразил уверенность, что Всеукраинский совет церквей отнесется с пониманием к необходимости вводить в Украине ЛГБТ-повестку.

Заключение

В Европе модель финансирования религиозных организаций через налоговые механизмы сформировалась в результате долгой истории церковно-государственных отношений. Она существует в условиях демократии, правового государства, независимости судебной системы. В Украине же такую модель предлагается установить на фоне церковного противостояния, законодательного, медийного и силового давления на одну из конфессий, пренебрежения к правам и свободам, верховенства не права, а политической целесообразности.

Поэтому у нас такая модель будет служить не столько для поддержки религиозных организаций, сколько для коррупции и финансирования церковного конфликта.

Читайте также