Дух антихриста внутри церковной ограды

Примут ли антихриста в Церкви? Фото: СПЖ

В богословских и эсхатологических дискуссиях время прихода антихриста часто связывают с внешними факторами: геополитическими катаклизмами, глобализацией, развитием технологий или падением нравственности в секулярном обществе. Однако такой взгляд упускает глубинный, духовный нерв проблемы.

Приход «человека греха» – это не просто внешнее насилие над человечеством. Это ответ на внутренний запрос. А запрос этот вызревает одновременно в двух средах: в мире, живущем духом века сего, и внутри самой Церкви – в душах церковных людей и прежде всего духовенства. Когда эти два вектора сфокусируются в одной точке, тогда и явится в мир тот, кого Священное Писание называет антихристом.

Начнём разбор с Церкви, потому что подмена Христа духом мира, которая происходит и всегда происходила в среде людей, далёких от Бога, не вызывает удивления.

Мир, живущий по своим законам, естественно движется к апостасии. Настоящая же трагедия разворачивается тогда, когда этот процесс поражает Тело Христово изнутри.

Впрочем, и в этом нет ничего нового: история знает тому множество примеров. Но в прошлые времена не было тех технических и информационных средств, которые способны так широко тиражировать и усугублять проблемы, возникающие внутри церковных институтов.

Священное Писание даёт нам непреложное обетование: «И на сём камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её» (Мф. 16:18). Однако важно понимать, что Церковь в своём земном, историческом аспекте состоит из конкретных людей. И когда большинство представителей земной Церкви – тех, кто призван быть «солью земли», – совершает внутреннюю подмену, происходит нечто катастрофическое.

Самое опасное здесь то, что подмена совершается незаметно. Это похоже на проказу: нервы поражены, ничего не болит, а разрушение тела идёт всё глубже. Никто не отказывается от Бога – напротив, духовная жизнь уничтожается под самыми благовидными, «церковными» и «благочестивыми» предлогами.

Так происходит, когда идеология «симфонии» с государством со временем ставится выше чистоты евангельского учения; когда социально-гуманитарная и культурная активность становится главным критерием «успешности» прихода или епархии; когда сращивание с политической конъюнктурой вытесняет евхаристический центр церковной жизни. И когда обмирщение достигает фазы, при которой молитве и внутренней духовной жизни больше не отдаётся предпочтение, Церковь теряет дух Христов, делаясь сродни духу антихриста ещё до его физического явления.

В чём это проявляется?

Замена Христа «традиционными ценностями» и милитаристской идеологией.

В официальном лексиконе последних лет само Имя Христово и Евангелие всё чаще вытесняются абстрактными понятиями: традиционные устои, язык достоинства, цивилизационный код, защита геополитических интересов. «Ценности» можно защищать, будучи совершенно чуждым духу Христову, – без любви к врагам, без кротости и без милосердия. Ценности государственной идеологии ставятся выше Истины, провозглашаемой Евангелием.

Вытеснение молитвы и покаяния «священным» патриотизмом и «социалкой».

Создание специализированных комиссий по спорту, гиперактивность в сфере массовой культуры и храмового строительства – всё это декларируется как миссия для современного мира. Но нацелена она прежде всего на обслуживание государственных интересов. Но культурно-чиновничья эстетика вытесняет духовный подвиг трезвения. Пост, молитва и следование путём святых отцов подменяются коллективной идеологической работой в согласии с государственной повесткой.

Святитель Игнатий не случайно указывал на Ветхозаветную Церковь. Пойдя по пути внешнего законничества, утратив дух пророков и заменив живое богообщение ожиданием могущественного земного Царя, который покорит языческие народы, фарисеи и первосвященники совершили самое страшное беззаконие в истории – распятие Совершителя Закона. Ветхозаветные праведники не были злодеями в бытовом смысле. Они защищали свой храм, свою нацию, свои традиционные институты и свою политическую безопасность: «Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут римляне и овладеют и местом нашим и народом» (Ин. 11:48). Но их дух настолько переродился, что истинного Бога они распяли.

Сегодня мы можем наблюдать некоторые параллели с этой трагедией.

Ожидание земного царства. В период своего заката Ветхозаветная Церковь жила напряжённым ожиданием земного Царя-освободителя – правителя, который должен был утвердить национальное величие израильского народа и разгромить внешних врагов. В новейшей истории в некоторых Церквах наблюдается схожее смещение: вместо проповеди Царства Небесного – слияние с государственной властью. Ставка делается не на силу Духа Святого, а на административный ресурс, политическое влияние и военную мощь государства.

Победа формы над духом. Духовное вырождение ветхозаветной системы проявилось в том, что дух закона был полностью вытеснен внешними обрядами, жертвоприношениями и формальным статусом праведности по факту принадлежности к избранному народу. В современной церковной жизни это оборачивается заменой базовых заповедей о любви, милосердии и мире юридической и институциональной защитой «законных интересов структуры». Евангельские призывы вытесняются государственными законами, а внешнее благочестие становится важнее внутреннего перерождения.

Принятие антихриста – это не досадная ошибка по незнанию и не отсутствие богословского образования. Это предельное, патологическое искажение человеческой свободы.

Когда церковный человек привыкает подменять главное – покаяние, молитву, исполнение заповедей – второстепенным: статусом Церкви в обществе, патриотической идеологией, культурой или спортом, его духовное зрение атрофируется. Он теряет «чувство Христа».

Страшная правда современной институциональной жизни заключается в том, что обмирщённое состояние становится настолько удобным для плотского ума, что отказаться от подмены своими силами церковное большинство уже не может и не хочет. Система начинает защищать эту подмену как истину, объявляя любой призыв к евангельской чистоте не отвечающим духу времени, «предательством» или «ересью».

Именно поэтому эсхатологический финал истории требует прямого и особого Божественного вмешательства. Человечество – и в первую очередь церковная среда, соль, потерявшая силу, извратившая дар свободы, – дойдёт до грани, за которой его исправление и возрождение силами самого человека станут невозможны.

Антихрист придёт тогда, когда внутри церковной ограды сформируется соответствующий ему дух – дух земного могущества, внешней праведности и подмены духовного душевным.

Новейшая история показывает: можно строить храмы, проводить спортивные и молодёжные форумы, иметь огромное влияние в государстве – и при этом стремительно приближать приход антихриста, готовя души к принятию его духа.

Читайте также