​Любовь сильнее смерти

Супружеская любовь. Фото: открытые источники

Ирина Чернова спрашивает:

Остается ли какая-то связь между супругами после их смерти?

Отвечает протоиерей Василий Кучер:

​Вопрос этот задают достаточно часто. И почти всегда чувствуется некая тревога в этом вопросе. Потому что человеку кажется, что смерть просто что-то отрезала от него, и все, что было, осталось в прошлом.

Но давайте вспомним, что Церковь говорит во время Таинства венчания. Церковь просит Бога сохранить супругов «в мире и единомыслии» и вспоминает праведных, «яко да возвеселятся и возрадуются, якоже возвеселися Рахиль». То есть брак с самого начала не рассматривается как своеобразный договор на время земной жизни. Кроме того, когда мы поминаем усопшего, то просим упокоить его там, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания.

​Заметьте, говорим не о «забыть о нем», а именно просим упокоить, то есть сохранить живым у Бога. ​Вот здесь и ответ. Ведь у Бога «все живы» (Лк. 20:38). Если муж и жена живы у Бога, то живо и то, что их соединяло. Кстати, апостол Павел прямо говорит: «Любовь никогда не перестает» (1 Кор. 13:8). А ведь все остальное, как он там же пишет, прекратится – и знание, и пророчества и так далее. А вот любовь остается.

Правда, надо сказать и другое. Господь ответил саддукеям, что в воскресении «ни женятся, ни выходят замуж» (Мф. 22:30). Но здесь имеется в виду та сторона брака, которая связана с земной жизнью, с телом, с бытом, с рождением детей. И вот она действительно заканчивается. Но это не значит, что заканчиваются сами люди и то, как они стали одним телом за десятилетия совместной жизни.

​Церковь ведь не случайно поручает вдове или вдовцу самое главное дело – молитву. ​И это не утешительный ритуал. Это и есть та самая связь, только теперь она действует не через разговоры за ужином, а через поминовение. И вот тут важно понять, что, поминая усопшего, человек не просто вспоминает прошлое, а он продолжает о нем заботиться. А забота об усопшем выражается в самом главном: подать на проскомидию, помолиться, раздать милостыню в его память, и даже, может, простить того, кого он не успел простить.

Так что связь не только остается. Она становится сильнее и чище, потому что из нее уходит все то, что нас раздражало и обижало в быту.

А еще скажу вещь, которую, наверное, многие чувствуют. Тоска, которая остается, – это ведь тоже свидетельство о вечности. Потому что, если бы там, за гробом, ничего не было, то и болеть было бы не о чем.

Читайте также