Одиночество под одной крышей

Разногласия в браке. Фото: СПЖ

Бывает так: смотришь на семью со стороны - и глаз радуется. Посуда вымыта, в квартире порядок, дети ухожены и одеты, по воскресеньям вся семья чинно стоит на литургии. Но если заглянуть за этот безупречный фасад, обнаруживается его обратная сторона. Люди живут в одном доме годами, но делят только кухонные хлопоты и ипотечные платежи.

Каждый закрывается в своем внутреннем мире, уходит в экран телефона, в работу или в разговоры с друзьями. Вроде бы никто никому не изменяет, скандалов с битьем посуды нет, а вместе с тем в паре ощущается какой-то холод в молчании двух чужих людей, случайно оказавшихся в одной зоне проживания.

В какой-то момент один из супругов ловит себя на мысли: жить врозь кажется мучительным, но и вместе - страшно одиноко. Поневоле задаешься вопросом: почему так происходит с людьми, которые когда-то перед алтарем обещали любить друг друга до последнего дня?

Добродетель чуткости

Святитель Иоанн Златоуст, разбирая слова апостола Павла о семейном союзе, обращает внимание, что Писание говорит: «Прилепится муж к жене своей». Не просто «будет поселен рядом» и не «станет ведать общим хозяйством». Святитель подчеркивает, что древний текст использует слово «прилепится», обозначая предельную степень единства, когда две жизни спаиваются в одно целое. Сожительство под одним потолком и духовная привязанность друг к другу - совершенно разные вещи, согласитесь.

Живя по привычке, по слову Златоуста, люди со временем перестают удивляться даже бескрайнему небу, хотя в первые дни творения им восхищались даже ангелы. Что уж говорить про близкого человека, который ежедневно снует перед глазами? Его присутствие становится само собой разумеющимся фоном.

Отчуждение почти никогда не начинается с катастроф. Оно произрастает из мелочей. В ветхозаветной Книге Песни Песней есть драматический эпизод. Возлюбленный стучит в дверь глубокой ночью, его волосы покрыты ночной росой. А невеста за дверью медлит и рассуждает: «я уже скинула одежду, как же мне снова надевать ее? Я вымыла ноги, зачем мне марать их о пол?» Когда она все-таки решает отпереть, за дверью уже никого нет. Возлюбленный повернулся и ушел. Она зовет его, но не получает ответа.

Это точнейший портрет наших домашних будней. Муж хочет поделиться своей радостью, какими-то успехами или достижениями, а жена отмахивается: «Не сейчас, у меня пригорает ужин». Бывает, что и жена вздыхает, ждет поддержки, а муж утыкается в монитор: «Дай отдохнуть, я устал на работе».

Современные исследователи семейной психологии годами наблюдали за десятками пар и заметили: супруги, сохранившие теплый брак, откликаются на мелкие знаки внимания друг друга - на случайный вздох, на реплику «посмотри на окно», на тихий вопрос — примерно в 86% случаев. А те пары, чьи семьи развалились, реагировали на такие призывы лишь в 33% ситуаций. Мы убиваем близость даже не изменами, а сотнями пропущенных просьб, когда нам просто лень оторвать глаза от экрана.

Дневник ветхозаветной жены

В Бытии есть повествование о ветхозаветной праведнице Лии. Она оказалась в браке с патриархом Иаковым, где бытовая сторона семейной жизни была полностью благоустроена. Не было только главного - любви мужа. Иаков предпочитал ей Рахиль.

Но самое трогательное - это имена, которые Лия дает своим новорожденным сыновьям. В их этимологии - настоящий дневник женского одиночества, записанный на полях семейного быта. Рождается первый первенец, и она называет его Рувим, говоря про себя: «Господь призрел на мое бедствие, ибо теперь будет любить меня муж мой». Появляется второй сын, Симеон: «Господь услышал, что я нелюбима». Рождается третий, Левий: «Теперь-то прилепится ко мне муж мой».

Перелом происходит на четвертом сыне. Рождается мальчик, и Лия вдруг произносит совсем иные слова: «Теперь-то я восхвалю Господа». И дает ему имя Иуда. Она перестала требовать от мужа полноты любви. Лия перестала просить у человека то, что может дать только Творец. Она положилась на Бога - и обрела внутреннее достоинство. К слову, именно из колена Иуды позже произойдет царский род Давида, из которого произошел Спаситель.

Когда мы требуем от супруга, чтобы он стал для нас единственным источником счастья, смыслов и эмоционального тепла, мы возлагаем на него неподъемную ношу. Ни один смертный человек не в состоянии закрыть собой все духовные потребности. Когда мы перестаем ждать от мужа или жены божественного совершенства, уходит и обида. Появляется возможность увидеть рядом не идеал, а живого, уставшего человека, которому тоже тяжело.

Малые шаги к единству

В чине православного венчания священник молит Бога не о том, чтобы двое людей просто жили под одной крышей. Прошение звучит иначе: «Сопрязи я в единомудрии, венчай я в плоть едину». Мы видим здесь прошения о единомыслии и взаимодополнении супругов, чтобы человек не оставался одиноким на всю жизнь.

Митрополит Антоний Сурожский говорил, что мы часто не умеем любить, а умеем только лакомиться человеческими отношениями. Нам нравится, когда нас веселят, утешают, берегут. Но истинная любовь начинается там, где человек способен смело встать вместе с другим человеком перед лицом мира и Бога.

Святитель Иоанн Златоуст советует супругам молиться вместе и хотя бы иногда разговаривать дома о том, что читалось и пелось в храме. Просто спрашивать друг друга: что ты запомнил сегодня? О чем ты задумывался?

Не нужно ждать, пока другой сделает шаг навстречу тебе - действуй первым. Златоуст говорит: «ты люби, ты исполняй свой долг». Хотя бы выключи телефон, когда твой супруг заходит в комнату. Перестань отмахиваться от его вопросов и нужд. Попробуй вместе посидеть в тишине, в теплом безмолвии, где слышно только тиканье часов и дыхание родного человека. И тогда сквозь холодную стену повседневного быта обязательно пробьется первый росток настоящего, глубокого единства.

Читайте также