Крест и страх

Воскресная проповедь в Неделю Крестопоклонную. К Крестопоклонной неделе в каждый Великий пост приурочено Евангельское чтение о крестоношении: «Кто хочет идти за Мной, отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мной, ибо кто хочет душу (жизнь) свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет ее ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее». Далее идет речь о том, что нет ценности в мире больше, чем душа человека. К словам о необходимости соумирания со Христом для того, чтобы с Ним совоскреснуть, примыкают слова о стыде исповедовать Христа. Кто будет стыдиться Христа «перед родом сим прелюбодейным и грешным», того постыдится и Христос, когда будет судить мир (Мк. 8:34-9:1). Итак, Спаситель утверждает неизбежность гонений (внутренних или внешних) и указывает на их причину – ненависть мира по отношению к Богу. Человек, как правило, отворачивается от Христа по причине стыда (не хочу быть не таким, как все) и по причине страха (тяжесть и болезненность несения креста). Стыд исповедовать Бога в данном случае также есть разновидность страха. Это страх быть непонятым, отверженным, осмеянным, опозоренным и проч. Итак, страх – это главный инструмент, с помощью которого дьявол ведет борьбу с христианами. В самом деле, если мы посмотрим внимательно на то, чем были искушаемы отшельники, начиная от Антония Великого и заканчивая современными пустынножителями, то увидим, что это был в основном страх и те страдания, которые были с ним связаны. Бесы являлись в виде разного рода зверей, избивали святых физически, как это было с Иосифом Исихастом, пугали разными видениями, как мы читаем об этом в описании жизни Клеопы Румынского и проч. Во время гонений страх мук также являлся главным инструментом принуждения христиан отречься от веры. Поэтому нам важно изучить природу нашего страха, проанализировать его мотивы и корни, чтобы понять, как с ним бороться и что делать, когда возникают такого рода искушения. Чувство страха заложено в человека Богом. Адам имел его еще в раю. Он слышал заповедь Господа о невкушении от древа познания добра и зла, и предупреждение о том, что если заповедь будет нарушена, то он умрет. Следовательно, и в каждом из нас присутствует сила тяготения к сущему и ужас перед бездной небытия. Соответственно, человек стремится к тому, что сохраняет его жизнь, и избегает того, что ее может разрушить. Это то, что мы называем инстинктом самосохранения. И если бы мы жили в Раю, он бы нас оберегал от зла, которое может погубить нашу душу. Но мы живем не в Раю. Мы из него выброшены в этот мир, а в душе у нас живет ад. Чувство страха осталось, но оно вместо того, чтобы действовать в нас по своему прямому назначению – уберегать душу от зла, действует в нас извращенно. Наш страх теперь связан не с Боголюбием, а с самолюбием и саможалением. Во всех случаях страх выявляет нашу привязанность к миру и его благам. Даже страх смерти в нас работает не как страх потерять жизнь (чем по сути является для нас Бог), а страх потерять возможность пятью чувствами ощупывать этот мир и держаться за его радости. Мы также боимся потерять близких, потому что будем лишены возможности общения с ними. И плачем нередко не о них, а жалея себя. В одном из поучений старцев есть такой диалог ученика с учителем: Ученик: «Почему страх овладевает мной, как только я выхожу ночью один?» Старец: «Потому, что для тебя жизнь мира сего все еще имеет ценность». Такой страх противоречит разуму и является греховным фантомом истинного страха. Страх потерять Бога у нас мутировал в страх утраты падшего бытия. Хотя мы и несем в себе знание о неминуемости нашей смерти. Иоанн Лествичник пишет о том, что «кто служит Богу – боится только Бога, а в ком нет страха Божьего, тот и собственной тени боится». Ложный страх, мимикрируя под друга, на самом деле является нашим убийцей, уводя нас от истинной жизни. Топливом для действия ложного страха есть неверие и маловерие. Если бы человек имел истинные представления о чувственном мире, к которому он так фанатично привязан, и о мире духовном, который не столь очевиден, но значительно более реален, чем мир земной, он бы так не боялся ни за свою жизнь, ни за свое здоровье. Некоторые святые Отцы рассматривают ложный страх как одну из форм человеческого безумия. Если предположить, что те или иные события с нами неизбежно должны произойти, то зачем проявлять бесполезное беспокойство, от которого ничего не зависит? При этом Отцы указывают на очень важный ингредиент нашего страха, с помощью которого он усиливается и умножается – это наше воображение. Именно благодаря воображению наши страхи приобретают невообразимые размеры. Воображение предвосхищает то, что, как ему представляется, должно случиться, оно рисует нам страшные картины будущего, предвозвещает ужасные прогнозы, раздувает панику и прочее. Человек погибает от страха намного быстрее, чем от того, что за этим страхом может последовать. Страх перед тем, что, как человеку кажется, должно произойти, способен довести человека до самоубийства, и именно в нем главная причина большинства суицидов. Ложный страх – самый гениальный художник, лучший в мире фантаст и непревзойденный сценарист. Даже при объективной мотивации, он способен из мухи вылепить слона и убедить нас в его реальном существовании. Ближайшей страстью, с которой связан ложный страх, является гордость. Неумение со смирением принять ту или иную ситуацию, которая часто возникает независимо от нас, вызывает в нас страх. «Гордая душа есть раба малодушия» (Иоанн Лествичник). Святые Отцы не раз подчеркивали способность греха вызвать страх под видом тревоги или ужаса тем сильнее, чем менее ясно человек осознает свой грех. Поэтому блаженный Диадох Фотикийский советует в качестве лекарства от страха исповедь даже невольных грехов. Все это делает страх лучшим союзником мира бесовского, который, манипулируя нашим сознанием и воображением, принуждает впадать в малодушие, уныние, а то и в отчаяние. Малодушие – это болезнь души. Оно является и сильнейшим ее раздражителем. Как правило, малодушие проявляет себя в противоестественном поведении, которое не соответствует тому, как должен вести себя человек на самом деле. Оно сводит человека с ума, устанавливая над ним жестокое господство. Оно нередко парализует деятельность души, подавляя волю. Именно поэтому дьяволу так важно вызвать это состояние в человеке для того, чтобы навязать ему свою модель поведения. В любом случае, малодушие – всегда признак неверия. Являться малодушным означает не доверять Богу, который всегда промышляет о человеке, и без Его воли даже волос не упадет с нашей головы. Тот, кто снискал благодать, приобщился к силе Духа Святого, не может ничего бояться. Имея абсолютную веру в Бога, он будет принимать все случающееся с ним в жизни с мирным сердцем и спокойной душой. «Даже если небо упадет на землю, не содрогнется душа моя», – говорит авва Агафон. Имея правильные представления о природе ложного страха, его истоках и причинах, которые приводят к его появлению, нам легче будет бороться с ним и пресекать его разрушительные действия. На самом деле, Крест Христов легок для тех, кто кроток и смирен сердцем. Это и есть то состояние мужества и бесстрашия, которое дает нам силы исполнять заповедь, о которой мы слышали в этом Евангельском чтении – взять свой крест и следовать за Христом.