Брат мытаря и брат Господень
О сыне Алфея Евангелие молчит, и толкователи веками спорят, кем он был. А Церковь в непосредственной близости вспоминает двух апостолов с именем Иаков.
Евангелист Матфей перечисляет сонм их двенадцати апостолов по парам. Девятым в этом списке стоит человек, о котором далее не сказано ни слова: «Иаков Алфеев и Леввей, прозванный Фаддеем» (Мф. 10:3). В отличие от других, у него есть и имя и отчество. Отчество здесь – смысловая необходимость: среди Двенадцати было два Иакова, и второго, сына Зеведея, нужно было как-то отличить.
Но именно это отчество здесь оказывается ключевым. У евангелиста Марка Христос идет вдоль берега моря и видит за сбором пошлин мытаря. Марк называет его «Левий Алфеев». Звучат слова: «следуй за Мною» (Мк. 2:14). Мытарь встает и идет за Мессией. В списке Двенадцати этот человек записан уже иначе – «Матфей мытарь» (Мф. 10:3). А сразу за ним стоит еще один сын Алфея.
Евангелие нигде отчетливо не называет их братьями. К выводу о родстве апостолов пришло Предание. Святитель Димитрий Ростовский открывает житие святого так: «Святой апостол Иаков был сыном Алфея и братом апостола и Евангелиста Матфея, прежде бывшего мытарем». Самого Алфея Церковь тоже чтит как апостола. Поистине благочестивая семья, где учениками Христовыми стали отец и его двое сыновей.
Дальше Иаков направляется на юг. Он проповедует в Иудее, с апостолом Андреем доходит до Едессы, потом идет в Газу, в Елевферополь и в Египет. Кончина его наступает в приморской Острацине: апостола распинают, и он умирает, по словам святителя Димитрия, «будучи подражателем Христовых страданий». Другие предания говорят иначе. По одной из версий апостола побили камнями в Мармарике, а в сирийском списке значится, что он убит и погребен в Батнане. Точный год кончины проповедника неизвестен.
Сколько Иаковов знала Церковь?
Примечательно, что Новый Завет знает нескольких Иаковов. Сын Зеведея, брат Иоанна Богослова, погиб от меча. Сын Алфея входит в Двенадцать. А еще есть Иаков, «брат Господень», первый епископ Иерусалима.
Христианский восток уверенно считает их тремя разными людьми и вспоминает в разные дни. Брат Господень для православных – апостол от Семидесяти, сын Иосифа Обручника от первой жены. Запад пошел другой дорогой. Там общепринятым стало мнение, что Алфеев и брат Господень – один человек.
Главный автор этой версии – блаженный Иероним. Он пишет трактат против некоего Гельвидия. Тот считал «братьев Господних» детьми Иосифа и Девы Марии. Иероним горячо защищает приснодевство Богородицы и предлагает свое решение спорного вопроса. «Братья» – это двоюродные родственники. Алфей и Клеопа – одно лицо. А брат Господень – апостол, ведь так его называет Павел: «Другого же из Апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня» (Гал. 1:19). Раз апостол, значит, из числа Двенадцати.
Однако, упомянутый стих из Послания к Галатам допускает разные толкования. На Востоке похожая мысль тоже мелькала, вероятно, впервые – у святителя Климента Александрийского. Он упоминает только двоих: «Было же два Иакова: один – „Праведный“, другому отрубили голову».
Путаницы добавляет и Марк. Среди женщин у Креста он называет Марию, мать «Иакова меньшего» (Мк. 15:40). Так этого Иакова отличали от Зеведеева, но кто он, толкователи спорят до сих пор.
При всей остроте спора в главном стороны дискуссии едины. Версию Гельвидия Церковь отвергла, и приснодевство Богородицы исповедуют и Восток, и Запад. Расходятся они в другом: сколько Иаковов стоит за страницами Евангелия.
Колени, как у верблюда
О брате Господнем известно гораздо больше, чем об Алфееве. Его кончину описал древний церковный писатель Егезипп, а рассказ сохранил историк Евсевий.
Дело происходит в Иерусалиме в начале 60-х годов. Иакова здесь зовут Праведным. Он не пьет вина и носит льняную одежду. Егезипп добавляет ценную деталь: «Колени его стали мозолистыми, словно у верблюда, потому что он всегда молился на коленях и просил прощения народу».
Политическую рамку дает Иосиф Флавий. Прокуратор Фест умер, новый, Альбин, еще в дороге. В Иудее на время нет римской власти. Первосвященник Анан пользуется паузой и созывает синедрион.
Иакова ставят на крыло храма – то самое место, куда диавол возводил Христа во время искушений. Праведника сбрасывают вниз. Он еще жив и молится: «Господи Боже, Отче! Молю Тебя, отпусти им, ибо не знают, что делают». Это почти дословно слова Христа на Кресте (Лк. 23:34). Добивает его суконщик – мастер, который валял и уплотнял ткань. Он бьет епископа рабочим вальком. Ремесленный инструмент становится орудием казни, а умирающий молится за палачей.
На Западе героем этой сцены считают именно Алфеева из числа Двенадцати. Восток настаивает на личности Иерусалимского епископа.
Спор о том, сколько было Иаковов, богословы так и не закрыли. Церковь примирила всех календарем. 22 октября она вспоминает сына Алфея, брата мытаря. 5 ноября – брата Господня, епископа Иерусалима, молитвенника с верблюжьими коленями. Кем бы ни приходились они друг другу, оба Иакова молятся Богу об одном – о прощении наших грехов.
