Допустимо ли давать второе имя при крещении?

Я слышала, что при крещении детям дают второе имя. Для чего это делают, и кто подбирает имя – родители или священник?

На этот вопрос отвечает заведующий кафедрой Богословия Классического приватного университета, профессор и доктор философии, протоиерей Игорь Рябко.

Я не являюсь сторонником такой практики. У человека должно быть одно имя – это вполне соответствует восприятию человека себя как единой, неповторимой личности. Возможен вариант крещения под другим именем разве что в том случае, если имени, которым назвали человека, нет в святках.

Правда у многих библейских лиц было два имени: у патриархов Иакова (Израиль) и Иосифа (Цафнаф-панеах). Пророку Даниилу в Вавилоне дали второе имя – Валтасар. Симона, брата Андрея Первозванного, Иисус Христос назвал Петром. Но у этих раздвоений были причины.

Симон стал камнем, на вере которого основана церковь, и поэтому назван Петром (камнем). Имя Даниил было неизвестно при халдейских и персидских царях, и он был переименован в Валтасара, поскольку это имя было в постоянном употреблении. Тоже можно сказать и о других переименованиях.

Потребность же давать новое имя ребенку сегодня продиктовано грубым суеверием, которое утверждает, что на ребёнка невозможно навести порчу, если не знать его настоящего (крещенного) имени. В церкви нет места языческим предрассудкам, поэтому крестят и называют ребенка одним и тем же именем.

Уважаемые читатели, если вы желаете задать свой вопрос отцу Игорю – вы можете написать нам на электронную почту uoj.org.ua@gmail.com

Читайте также

Как поношение врагов стало гимном победы

В праздничной радости забывается, что за историей Рождества Пресвятой Богородицы стоит общественный бойкот и отчаяние.

Притча о талантах: победа дерзновения над страхом

Притча о талантах открывает глубинный выбор каждого человека. Мы либо дерзаем умножать доверенные дары, либо хороним собственную жизнь в капкане тревоги.

Загадочный «жених крови» в книге Исход

Ночной привал оборачивается смертельной угрозой для лидера Израиля. Спасение приходит от женской руки и кремниевого ножа.

Усталость Богослова от столичных интриг

Когда нам кажется, что святые никогда не уставали от церковных дрязг, вспомним историю епископа Григория в столице как летопись глубокого выгорания.

Здоровая амбиция или духовное падение?

​В Церкви иногда считают стыдным желание преуспеть в своем деле. Действительно ли христианство требует от человека серости, бедности и отказа от профессионального роста?

Страж над сирийской пустыней

В V веке вера стала для многих удобной привычкой. Сирийский пастух бросил вызов этой теплохладности, поднявшись над землей ради служения Творцу.