Сила слова
Однажды юный Томас Эдисон вернулся домой из школы и передал маме письмо от учителя.
Мама зачитала сыну письмо вслух, со слезами на глазах: «Ваш сын — гений. Эта школа слишком мала, и здесь нет учителей, способных его чему-то научить. Пожалуйста, учите его сами».
Через много лет после смерти матери (Эдисон к тому времени уже был одним из величайших изобретателей века) он как-то пересматривал старые семейные архивы и наткнулся на это письмо.
Он открыл его и прочитал:
«Ваш сын — умственно отсталый. Мы не можем больше учить его в школе вместе со всеми. Поэтому рекомендуем вам учить его самостоятельно дома».
Эдисон прорыдал несколько часов. Потом записал в свой дневник: «Томас Алва Эдисон был умственно отсталым ребёнком. Благодаря своей героической матери, он стал одним из величайших гениев своего века».
P.S. Томас Альва Эдисон – американский изобретатель, усовершенствовал телеграф, телефон, киноаппаратуру, разработал один из первых вариантов электрической лампы накаливания, изобрёл фонограф.
Читайте также
Бродяги из Нагорной проповеди
Нам кажется, что вера требует бесконечного запаса прочности. Но Христос приходит к тем, у кого больше не осталось сил держать удар, кто дошел до предела своих сил.
Тайный бунт против духовной смерти и диктатуры мыслей
Земная суета превращает людей в пленников навязчивых мыслей. Святые отцы открывают единственный путь к выходу из этого смертельного сна.
Огонь внутри потира
Мы привыкли относиться к Причастию как к благочестивому ритуалу. Но у алтаря нас ждет пугающая реальность встречи с живым Богом.
Побег из ментальной тюрьмы земной суеты
Мы стремимся к комфорту в земной, горизонтальной плоскости, забывая, что духу необходима вертикаль. Настоящее вознесение начинается тогда, когда ум наконец замолкает.
Праведный гнев выжигает сердце дотла
Мы оправдываем злобу ревностью о защите святынь. Но честный разговор с праведником лишает иллюзий, оставляя нас наедине с выжженной пустотой сердца.
Зеркало поверх иконы: ловушка «правильного» благочестия
Мы прячемся от тревоги в устав, вычитываем правила и акафисты. И можем не заметить, как начинаем молиться собственному отражению, а не Христу.