Цена пуговицы
Жил один человек, и жил он не очень хорошо, путано. Решил взяться за ум, делать добрые дела, спасать душу. Делал их, делал, а особенного изменения в себе к лучшему не замечал. Как-то он шёл по улице, видит – у одной старушки пуговица с пальто оборвалась и упала на землю.
Увидел, и думает: «Да чего там! Пуговиц у неё ещё хватит. Не поднимать же! Ерунда какая!» Но всё-таки, кряхтя, поднял пуговицу, догнал старушку, отдал ей пуговицу и забыл об этом.
Вскоре он умер, и видит – весы: слева – его зло лежит, тянет вниз, а справа – ничего нет, пусто! И зло перетягивает.
«Эх, – говорит себе человек, – и здесь не повезло!» Смотрит, Ангелы пуговицу кладут... И чаша с добрыми делами перевесила.
«Неужели одна эта пуговица все мои злые дела перетянула? – удивился человек. – Сколько добрых дел я сделал, а их и не видно!»
И услышал, как Ангел говорит ему: «Из-за того, что ты гордился своими добрыми делами, они и пропали! А вот именно этой пуговицы, о которой ты забыл, хватило, чтобы ты от гибели спасся!»
Добрые дела не в добрых делах живут, а в добром сердце.
Читайте также
Христианство начинается там, где отбирают храмы
Когда привычный церковный уют рушится, мы впадаем в отчаяние. Святитель Иоанн Златоуст из ссылки объясняет, почему истинная вера шире стен храма.
Бесполетная зона над сердцем
Внешний мир сошел с ума и требует стопроцентной мобилизации злобы. Настоящее миротворчество сегодня – это вооруженный блокпост внутри сердца.
Нож мясника вместо меча крестоносца
Христос приносит людям не боевой меч, а кухонный нож. Эта разница меняет весь смысл Его слов о разделении семьи.
Тоска от голода по вечности
Смутное удушье среди безопасности и изобилия было криком сердца, созданного для бесконечности.
Нечистота двойного дна
«Блаженны чистые сердцем» – это заповедь об искренности, которая не прячет от Бога душевные раны.
Укрощение степного зверя
Наша христианская вера выросла поверх пепла идолов и костей животных. И первым камнем в ее основании стала переплавленная вера князя, поднявшегося из глубины собственного ада.