Молитва сильнее ненависти

Украинский журналист Максим Костенко – о том, что продемонстрировал Всеукраинский Крестный ход.

27 июля столица Украины стала свидетелем грандиозного события. Около 100 тысяч верующих Украинской Православной Церкви приняли участие в Крестном ходе с Владимирской горки в Киево-Печерскую лавру. Во время шествия люди пели молитвы и просили Бога даровать стране долгожданный мир.

Оппоненты УПЦ не ожидали такого размаха. В течение последних нескольких недель на головы участников Всеукраинского Крестного хода выливались тонны лжи. Некоторые СМИ и представители экспертного сообщества практически каждый день накрывали ковровыми бомбардировками сознание своей аудитории. «В центр Украины под видом прихожан УПЦ продвигаются колонны российских войск», «под прикрытием женщин и детей в Киев проникнут диверсанты из ГРУ и ФСБ», «среди участников хода много подозрительных молодых людей с военной выправкой», «нам стоит ожидать больших провокаций и захвата власти», «так называемые верующие идут с георгиевскими ленточками и флагами ДНР/ЛНР». Это далеко не полный перечень всех тех «страшилок», с помощью которых определенные силы пытались дискредитировать Всеукраинский Крестный ход в глазах украинской общественности.

Помимо этого, в соцсетях и Интернете в адрес крестоходцев постоянно звучали всевозможные угрозы. Некоторые наиболее радикально настроенные активисты предлагали, например, расстреливать верующих УПЦ из пулеметов, давить танками, сжигать живьем. Даже если это были и пустые слова, они все равно вносили существенную лепту в разжигание небывалой истерии вокруг Крестного хода.

На финальной стадии к блокированию духовной и миротворческой миссии УПЦ подключились представители так называемой «партии войны». Она довольно серьезно представлена во властных коридорах и заинтересована в продолжении конфликта в Донбассе. Ведь это не только вопрос получения огромных нелегальных доходов за счет эксплуатации всевозможных «черных» схем. Это возможность твердо держать власть в своих руках, объясняя стремительное падение уровня жизни населения и все свои провалы по социально-экономической линии последствиями вооруженного противостояния на востоке страны.

В данном контексте Всеукраинский Крестный ход с его молитвой о мире однозначно не вписывался в реалии «украинской Океании». И «коллективный О`Брайен» начал наносить свои удары.

Они были разные. Это и попытки морального давления на крестоходцев под Борисполем, когда в чудотворную икону летели яйца и различный мусор. Это и запугивание радикалами верующих УПЦ в Одессе, следствием которого стал срыв выезда автобусов паломников в Киев для участия в торжествах 27 июля. Это и обнаружение многочисленных «закладок» с взрывчаткой на подходах к столице (их результатом становилось блокирование продвижения колонны верующих и отсутствие соответствующего блокирования в отношении транспорта, который продолжал спокойно проезжать мимо «опасных участков» с «минами»).

Это и оглашение запрета на пешее шествие участников Всеукраинского Крестного хода к Владимирской горке. Финальным же аккордом стоит считать введение беспрецедентного паспортного контроля и форматов проверки граждан перед их заходом на место проведения праздничного молебна.

Не исключено, что все упомянутые шаги должны были привести к существенному снижению численности участников Крестного хода Украинской Православной Церкви. Успешная реализация такого подхода позволила бы дать необходимую телевизионную картинку. Картинку, отчетливо свидетельствующую, что УПЦ в рамках украинского общества действительно скатилась до маргинального уровня.

27 июля эти планы с треском провалились. На Владимирской горке собрались десятки тысяч людей. О небывалых масштабах события красноречиво говорит тот факт, что колонна верующих шла с Владимирской горки в Киево-Печерскую Лавру более 2 часов!

Это был триумф, это была полная и безоговорочная победа.

Каковы же ее основные итоги?

Во-первых, украинский народ показал, что он поддерживает свою Церковь. По всему маршруту шествия Крестного хода паломников встречали хлебом и солью. В колонны вливались десятки тысяч людей, которые хотели пройти хотя бы небольшое расстояние с молитвой на устах ради восстановления единства в стране. Они увидели, что Украинская Православная Церковь идет с миром, именно с нею – подлинная правда и потому, как выразился один политолог, УПЦ находится на правильной стороне истории.

Во-вторых, у украинского государства появился первый серьезный шанс на избежание участи «Титаника». Война как айсберг может окончательно продырявить обшивку корабля «Украина» и потянуть страну на дно. А миротворческая миссия УПЦ способна отклонить маршрут государственного корабля от страшной опасности. Всеукраинский Крестный ход создал фундамент для объединения всех здоровых сил общества, для формирования так называемой «партии мира».

В-третьих, молитвенное шествие УПЦ де-факто уже объединило Украину. Ведь в его рядах, плечом к плечу, как братья, шли жители востока и запада страны. Молитва оказалась сильнее ненависти и взаимной вражды. И это самая главная победа Всеукраинского Крестного хода.

Источник

Читайте также

Когда святые не могли простить друг друга: История трех учителей Церкви

Икона показывает их вместе, но жизнь развела врозь. О том, как дружба разбилась о церковную политику, а единство пришлось выдумывать через семьсот лет.

«Если останусь живым, уйду в Почаевскую лавру!»: история старца-подвижника

​Он прошел Вторую мировую, пережил советские тюрьмы и гонения на Церковь, но не сломался. Воспоминания о схиархимандрите Сергии (Соломке) – легендарном экономе и молитвеннике.

Опьянение Богом: почему Исаак Сирин молился за демонов, не веря в вечный ад

Церковь вспоминает святого, чье богословие – это радикальный протест против сухих законов религии. О том, почему Бог не справедлив, а ад – это школа любви.

Что будет с христианством, когда оно перестанет быть оплотом цивилизации?

Западные демократии любят вспоминать о свободе вероисповедания… когда им выгодно. Когда нет – прекрасно дружат с гонителями христианства.

Скальпель и крест: Разговор с хирургом, выбравшим Бога в разгар террора

Ташкент, 1921 год. Профессор хирургии надевает рясу и идет в операционную. Я спрашиваю: зачем? Он отвечает, но не так, как я ожидал.

Бог, Который бежит навстречу

​Мы иногда думаем о Боге как о строгом судье с папкой компромата. Но притча о блудном сыне ломает этот стереотип.