Молитва сильнее ненависти
Украинский журналист Максим Костенко – о том, что продемонстрировал Всеукраинский Крестный ход.
27 июля столица Украины стала свидетелем грандиозного события. Около 100 тысяч верующих Украинской Православной Церкви приняли участие в Крестном ходе с Владимирской горки в Киево-Печерскую лавру. Во время шествия люди пели молитвы и просили Бога даровать стране долгожданный мир.
Оппоненты УПЦ не ожидали такого размаха. В течение последних нескольких недель на головы участников Всеукраинского Крестного хода выливались тонны лжи. Некоторые СМИ и представители экспертного сообщества практически каждый день накрывали ковровыми бомбардировками сознание своей аудитории. «В центр Украины под видом прихожан УПЦ продвигаются колонны российских войск», «под прикрытием женщин и детей в Киев проникнут диверсанты из ГРУ и ФСБ», «среди участников хода много подозрительных молодых людей с военной выправкой», «нам стоит ожидать больших провокаций и захвата власти», «так называемые верующие идут с георгиевскими ленточками и флагами ДНР/ЛНР». Это далеко не полный перечень всех тех «страшилок», с помощью которых определенные силы пытались дискредитировать Всеукраинский Крестный ход в глазах украинской общественности.
Помимо этого, в соцсетях и Интернете в адрес крестоходцев постоянно звучали всевозможные угрозы. Некоторые наиболее радикально настроенные активисты предлагали, например, расстреливать верующих УПЦ из пулеметов, давить танками, сжигать живьем. Даже если это были и пустые слова, они все равно вносили существенную лепту в разжигание небывалой истерии вокруг Крестного хода.
На финальной стадии к блокированию духовной и миротворческой миссии УПЦ подключились представители так называемой «партии войны». Она довольно серьезно представлена во властных коридорах и заинтересована в продолжении конфликта в Донбассе. Ведь это не только вопрос получения огромных нелегальных доходов за счет эксплуатации всевозможных «черных» схем. Это возможность твердо держать власть в своих руках, объясняя стремительное падение уровня жизни населения и все свои провалы по социально-экономической линии последствиями вооруженного противостояния на востоке страны.
В данном контексте Всеукраинский Крестный ход с его молитвой о мире однозначно не вписывался в реалии «украинской Океании». И «коллективный О`Брайен» начал наносить свои удары.
Они были разные. Это и попытки морального давления на крестоходцев под Борисполем, когда в чудотворную икону летели яйца и различный мусор. Это и запугивание радикалами верующих УПЦ в Одессе, следствием которого стал срыв выезда автобусов паломников в Киев для участия в торжествах 27 июля. Это и обнаружение многочисленных «закладок» с взрывчаткой на подходах к столице (их результатом становилось блокирование продвижения колонны верующих и отсутствие соответствующего блокирования в отношении транспорта, который продолжал спокойно проезжать мимо «опасных участков» с «минами»).
Это и оглашение запрета на пешее шествие участников Всеукраинского Крестного хода к Владимирской горке. Финальным же аккордом стоит считать введение беспрецедентного паспортного контроля и форматов проверки граждан перед их заходом на место проведения праздничного молебна.
Не исключено, что все упомянутые шаги должны были привести к существенному снижению численности участников Крестного хода Украинской Православной Церкви. Успешная реализация такого подхода позволила бы дать необходимую телевизионную картинку. Картинку, отчетливо свидетельствующую, что УПЦ в рамках украинского общества действительно скатилась до маргинального уровня.
27 июля эти планы с треском провалились. На Владимирской горке собрались десятки тысяч людей. О небывалых масштабах события красноречиво говорит тот факт, что колонна верующих шла с Владимирской горки в Киево-Печерскую Лавру более 2 часов!
Это был триумф, это была полная и безоговорочная победа.
Каковы же ее основные итоги?
Во-первых, украинский народ показал, что он поддерживает свою Церковь. По всему маршруту шествия Крестного хода паломников встречали хлебом и солью. В колонны вливались десятки тысяч людей, которые хотели пройти хотя бы небольшое расстояние с молитвой на устах ради восстановления единства в стране. Они увидели, что Украинская Православная Церковь идет с миром, именно с нею – подлинная правда и потому, как выразился один политолог, УПЦ находится на правильной стороне истории.
Во-вторых, у украинского государства появился первый серьезный шанс на избежание участи «Титаника». Война как айсберг может окончательно продырявить обшивку корабля «Украина» и потянуть страну на дно. А миротворческая миссия УПЦ способна отклонить маршрут государственного корабля от страшной опасности. Всеукраинский Крестный ход создал фундамент для объединения всех здоровых сил общества, для формирования так называемой «партии мира».
В-третьих, молитвенное шествие УПЦ де-факто уже объединило Украину. Ведь в его рядах, плечом к плечу, как братья, шли жители востока и запада страны. Молитва оказалась сильнее ненависти и взаимной вражды. И это самая главная победа Всеукраинского Крестного хода.
Читайте также
Исцеление от душевной тошноты
Мы иногда путаем поиск евангельской правды с желанием поквитаться с обидчиком. В Нагорной проповеди Христос предлагает человеку глоток живой воды, возвращающий жизнь.
Ловушка лжепатриотизма и духовное мужество в эпоху гонений
Настоящая любовь к Родине начинается с победы над собственными страстями. Взгляд православного клирика на верность Богу, уловки политиков и соблазны карьеры.
Святой с невыносимым характером
Блаженный Иероним Стридонский ругался с друзьями, оскорблял оппонентов и срывался на всех – и этот несносный книжник дал Западу Библию, которую читали тысячу лет.
Если молитва обледенела – это не ваша вина
Когда каноны давно читаются одними губами, а сердце молчит, как камень, – это еще не отпадение от Бога. У этого холода есть древнее имя, и через него проходили даже пламенные молитвенники.
Кротость – не слабость
Мы привыкли путать кротость с бесхребетностью. А в Евангелии этим словом называли объезженного боевого коня – огромную силу, взятую под узду.
Депрессия накрывает даже святых
Мы привыкли видеть на иконах безмятежные улыбки подвижников. Но один из самых глубоких интеллектуалов Церкви годами не мог выйти из комнаты из-за парализующей тоски.