Оправдывает ли труд разгильдяйское отношение к душе?

Вот уж, казалось бы, с какой темой все ясно, так это с темой труда. Сколько бы ни было у нас разногласий с носителями современной либерально-рыночной идеологии или со всякими там атеистами-коммунистами, но тут наше «слава Тебе за животворящую силу труда» звучит в унисон и с «нуждающемуся в рыбе дай удочку», и даже, как ни странно, с «мир, труд, май»…

На первый взгляд, оно и понятно. С утверждением апостола Павла «кто не хочет работать, тот и не ешь» согласится, считайте, любой. Для фанатов рынка очевидно, что столь желанная успешность, превращенная современным человеком в культ, недостижима без долгого, усердного и кропотливого труда. И хотя мы, православные, стоим с ними на совершенно разных позициях, но и для нас очевидно, что труд – жизненная необходимость. И конечно, не только как средство обеспечения естественных потребностей человека.

Полезен труд и в духовной жизни. Праздность, как нередко повторяют отцы-аскеты, – мать многих пороков, а труд смиряет плоть и дисциплинирует душу. Недаром, ведь он, наравне с молитвой, был положен в основу монашеской жизни еще преподобным Венедиктом Нурсийским, сделавшим правило oro et laboro главным принципом для общежительных монастырей. Есть, конечно, и еще одна категория наших вечных оппонентов – атеисты с коммунистами. Эти и вовсе убеждены, что труд сделал из обезьяны Карла Маркса, так что в пользе и созидательности труда (пусть даже понимаемыми очень своеобразно) у них тоже сомнений нет.

Однако чрезмерного оптимизма такое дружное согласие все же не внушает. Как известно, любая добродетель без меры уже не добродетель, а в отношении труда это бросается в глаза уж очень сильно. Чего только стоит стереотип о самоценности труда, который хоть и сформировался в советские времена, но в общественном сознании укоренился весьма прочно. Взять, хотя бы, заповедь о седьмом дне – в любом, ведь, обществе найдется пара человек, которые на эту тему «авторитетно» заявят: «грех – не работать». Или самое ходовое оправдание для любого негодяя: «он ведь такой трудяга»! А произносимые с традиционной претензией «я же работаю», «я проработал всю жизнь»! Ну, честное слово, хоть бери и на руках носи…

Хотя, если вдуматься, чего ради? Трудящийся, как мы знаем из Евангелия, достоин платы. За эту самую плату мы, собственно, и трудимся. Труд – действительно жизненная необходимость. Но только в силу того, что посредством труда эта самая жизнь обеспечивается всем необходимым. Если человек не хочет ходить в обносках и жить по принципу «что под одним окном выпросишь, то под другим съешь», он должен трудиться. Если у человека есть семья, если от него зависят дети, престарелые родители или беспомощные родственники, он трудиться обязан. Но, опять-таки, затем, чтобы зависящие от него не терпели недостатка. Не глупо ли бить себя в грудь, гордясь тем, что делать должен и так и за что уже получаешь заслуженную награду в виде платы? Чего же еще хотеть?

Бывает, правда, труд бескорыстный. Благотворительность, волонтерство, просто помощь ближнему. Но и это все делается либо из доброго расположения сердца, либо, хотя бы, из чувства долга. Едва ли человек, руководствующийся столь высокими мотивами, будет ждать, что перед ним непременно снимут шляпу. А если браться за безвозмездный труд с другими намерениями, то что толку от такого труда?

Однако сказанное мной ни в коей мере не оправдывает лени и безделья. Но и лентяй наказывает себя сам, причем куда сильнее чем любой, кто взялся бы его порицать. Материальная неустроенность, душевная расхлябанность, неспособность доводить начатое до конца, малодушие, ненадежность, жизнь, проживаемая впустую… Все это последствия нежелания трудиться. Здесь даже не стоит говорить о спасении или погибели – человек, сделавший эти беды и пороки нормой своей жизни, и простого житейского счастья не достигнет никогда, где уж ему достичь Царства Божьего, которое, как сказано в Евангелии «силою берется»?

Между тем, всякий труд достоин уважения, как достоин уважения сам по себе и всякий человек. Но одно дело – естественное уважение к человеческому труду, и совсем другое – требование себе почтения за обычные, само собой разумеющиеся вещи. Работа не оправдывает разгильдяйское отношение к душе, усталость после трудового дня не извиняет грубости и хамства, а трудолюбие не искупает собой грехов и не дает оснований смотреть с одобрением на неприглядные стороны человеческой души. Да и, что греха таить, даже за столь поощряемым во все времена неумением сидеть без дела подчас кроется банальная суетливость, не позволяющая человеку ни задуматься, ни сосредоточиться, ни тем более помыслить о Боге и вечной жизни.

А чтобы работа шла на пользу, не утомляла и не надмевала, стоит прислушаться к совету академика Амосова: «найди себе дело по сердцу, и тебе никогда не придется работать».

Читайте также