Если бы мы были в раю – ни за что бы не ослушались

Две маленькие сестрички, прослушав библейскую историю об изгнании Адама и Евы из рая, сказали отцу:

– Папа, если бы мы были в раю, то ни за что бы не съели плод познания добра и зла. Ведь Бог не разрешил его трогать, правда, папа?

– Правда, – улыбнулся отец и уложил детей спать.

На утро он встал раньше всех, поймал во дворе воробья и посадил его в непрозрачную кастрюльку. Разбудив девочек, он показал им кастрюльку, которую поставил на подоконник отрытого окна в кухне, и сказал:

– Пожалуйста, не снимайте крышку с этой кастрюльки, пока я не приду с работы. Когда я вернусь, то сам покажу вам сюрприз, который там находится. Если будете послушны, куплю вам новую игру.

Родители ушли на работу, а дети остались дома одни. Всеми силами пытались они себя отвлечь от кастрюльки, стоящей на кухне. Давно переиграли во все игры, какие знали, но любопытство не давало покоя – очень хотелось заглянуть в кастрюльку. В конце концов старшая уговорила младшую, которая еще боялась, что отец будет ругаться, заглянуть в кастрюльку.

– Мы только одним глазком глянем и закроем, – сказала она. – Папа даже не узнает.

Но как только сестры приподняли крышку, воробей вылетел в окно. Испугавшись, девочки захлопнули уже пустую кастрюльку. Вечером вернулся отец и, увидев, что кастрюлька пуста, сказал:

– Ну что, маленькие Евы, не выдержали, выпустили птичку. Вот так и Ева не удержалась, чтобы не попробовать плод познания добра и зла. Нарушив запрет Бога, первые люди сами выбрали зло вместо добра, потому что всякое зло начинается с непослушания.

Читайте материалы СПЖ теперь и в Telegram.

Читайте также

Трон из старого дерева: история Вифлеемских яслей

В новогоднюю ночь мир поклоняется золоту и блеску, но главная святыня Рима – это пять грубых досок из кормушки для скота. Расследование истории Sacra Culla.

Синдром Скруджа: почему «Рождественская песнь» – это книга о нас

Мы привыкли считать Скруджа злодеем, но Диккенс писал о трагедии одиночества. Как ледяное сердце учится снова биться и при чем тут покаяние.

Четыре ноты бессмертия: как погиб автор «Щедрика» и почему он победил

Весь мир поет эту мелодию на Рождество, но мало кто знает трагедию ее автора. История Николая Леонтовича – гения, убитого в доме отца за пару сапог.

Византия: Игра престолов с кадилом в руках и 1000 лет величия

Представьте государство, где трон взлетал к потолку, а за столом ели вилками, когда Европа еще ела руками. Это история о вере, власти и золоте.

Золотой запас Святого Семейства: как дары волхвов спасли от нищеты

Расследование судьбы Даров волхвов: как выглядят реальные предметы, принесенные Младенцу, и каким чудом они пережили падение трех империй.

Рождество без глянца: о чем молчит черная пещера на иконе

Почему Богородица отворачивается от Младенца, а в центре праздничной иконы зияет адская бездна. Разбор драмы, скрытой в красках.