Притча: Разная судьба снежинок
Человек, подобно снежинке из притчи, сам выбирает свою судьбу
Две из них, летевшие рядом, затеяли разговор.
– Как хорошо лететь, наслаждаться полетом! – радостно сказала одна.
– Мы не летим, мы просто падаем, – грустно отвечала вторая.
– Скоро мы встретимся с землей и превратимся в белое пушистое покрывало!
– Нет, мы летим навстречу гибели, а на земле нас просто растопчут.
– Мы станем ручьями и устремимся к морю. Мы будем жить вечно! – сказала первая.
– Нет, мы растаем и исчезнем навсегда, – возражала ей вторая.
Наконец им надоело спорить. Они разжали руки, и каждая полетела навстречу своей судьбе, которую выбрала сама.
Читайте также
Братства: сетевая структура против империи
В 1596 году православие в Украине объявили «мертвым». Но пока элиты уходили в костелы, простые мещане создали структуру, которая переиграла империю и иезуитов.
Анатомия стыда: почему фреска Мазаччо передает боль
Перед нами образ, который разделил историю на «до» и «после». Фреска Мазаччо – это не просто искусство, это зеркало нашей катастрофы.
Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы
Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.
Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?
Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.
Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти
Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.
Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»
В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.