Притча: Два ангела
Два ангела. Барельеф.
Два ангела остановились на ночлег в доме богатой семьи. Хозяева не захотели оставить путников в доме и положили их на ночлег в холодном подвале. Ложась спать, старший ангел увидел дыру в стене и заделал ее.
На следующую ночь они остановились в доме очень бедного, но гостеприимного человека и его жены. Супруги разделили с путниками остатки пищи, которые были в доме, и уступили свою постель.
Наутро у хозяев околела единственная корова. Тогда младший спросил старшего:
– Почему так несправедливо получилось? Первый хозяин был богат, но злобен, а ты ему помог. А второй был беден, но добр, а ты позволил, чтобы у него умерла единственная корова.
– Когда мы ночевали в подвале, я почувствовал, что в стене был клад, который хозяева обнаружат, как только дыра в стене станет еще больше. Поэтому я ее заделал. Пусть клад достанется кому-то более достойному. Когда мы спали на следующую ночь в постели добрых бедняков, я увидел, что за женой хозяина пришел ангел смерти, и отдал ему корову.
Читайте также
Зачем святые обители превращали в государственные тюрьмы?
История христианской Европы сохранила память о временах, когда монастыри становились местом государственной ссылки. Там решались судьбы монархов и праведников.
Пастух с письмом от Христа к королю Франции
Летом 1212 года тысячи паломников с посохами ждали, что море расступится перед ними. Позднейшие хронисты добавили к их истории корабли, работорговцев и воздыхание папы.
Фасад из костей и фасад из света
Антонио Гауди сорок три года строил храм в Барселоне зная, что эта стройка – на века.
Суд над мертвым папой
Однажды в Риме посадили на престол тело умершего папы и устроили над ним суд. Обвинение опиралось на церковное правило, которое когда-то спасло его кафедру.
Обитель, построенная назло королю
Когда в Минске у православных остался всего один храм, горожане решили построить еще один – и не остановились даже перед королевским указом.
Молодая Мать и спящий Христос
Микеланджело высек скульптуру Девы, которая выглядит моложе своего Сына, и единственный раз в жизни оставил на мраморе автограф. Ни одна из этих «странностей» не случайна.