Притча: Два ангела
Два ангела. Барельеф.
Два ангела остановились на ночлег в доме богатой семьи. Хозяева не захотели оставить путников в доме и положили их на ночлег в холодном подвале. Ложась спать, старший ангел увидел дыру в стене и заделал ее.
На следующую ночь они остановились в доме очень бедного, но гостеприимного человека и его жены. Супруги разделили с путниками остатки пищи, которые были в доме, и уступили свою постель.
Наутро у хозяев околела единственная корова. Тогда младший спросил старшего:
– Почему так несправедливо получилось? Первый хозяин был богат, но злобен, а ты ему помог. А второй был беден, но добр, а ты позволил, чтобы у него умерла единственная корова.
– Когда мы ночевали в подвале, я почувствовал, что в стене был клад, который хозяева обнаружат, как только дыра в стене станет еще больше. Поэтому я ее заделал. Пусть клад достанется кому-то более достойному. Когда мы спали на следующую ночь в постели добрых бедняков, я увидел, что за женой хозяина пришел ангел смерти, и отдал ему корову.
Читайте также
Практика причастия мирян: как менялась за 2000 лет
За два тысячелетия истории Церкви менялась не только частота принятия Тайн, но и само внутреннее отношение к нему. О том, как Евхаристия прошла путь от «ежедневного хлеба» до редкой награды и обратно.
Почему Торжество Православия – это праздник художников
В Британском музее хранится небольшая икона – тридцать семь сантиметров высоты. Именно с нее стоит начать разговор о том, что произошло в марте 843 года.
Зарытый заживо: как игумен Афанасий переиграл королей и иезуитов
Его убивали трижды – отлучали от сана, заковывали в колодки, расстреливали. Восстанавливаем хронику подвига святого по документам.
Рассказы о древней Церкви: состояние духовенства в первые века
Источники этого времени рисуют довольно неоднозначную картину состояния клира. Чтобы ее себе представить, разберем три аспекта: образование, нравственность и обеспечение.
Математика узла: почему вервица остается бесшумным оружием
Предмет, который обыватель принимает за украшение, монах получает при постриге как духовный меч. Что прячется в девяти переплетениях одного узла?
Серебряные подсвечники: как милосердие становится ценой спасения души
Мы часто воспринимаем прощение как легкий жест. Но сцена из романа Виктора Гюго открывает иную правду: за свободу другого всегда приходится платить своим серебром.