Почему нужно стоять на страже чистоты?
Управляющий делами Украинской Православной Церкви митрополит Антоний (Паканич)
Возникает, например, в сердце человека греховное влечение плоти – вера стоит на страже чистоты и непорочности сердца, старается всколыхнуть все духовные силы, чтобы противостоять греху.
Она напоминает слова апостола Павла: «Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог».
Но дух сластолюбия (похоти) старается заглушить голос веры лживыми внушениями, представляя телесные побуждения естественными: удовлетворение естественных потребностей не должно, мол, считаться делом безнравственным.
Когда человек падает под искушением плоти, он разрушает в себе веру в поврежденность своего естества и в необходимость борьбы с ветхой человеческой природой. Он максимально приглушает совесть, и какая-либо борьба вообще прекращается.
За сладострастием на человека наваливаются другие страсти. Он, поврежденный и уязвленный, становится легкой добычей для них, как подстреленная, раненая птица для голодного хищника.
И поскольку человек полностью парализовал свою волю своим бездействием и затоптал свою веру безверием и малодушием, то у него нет никаких средств и инструментов для борьбы и самозащиты.
Важно помнить об этом и хранить чистоту своих помыслов, слов, действий, не расслабляться, а постоянно бодрствовать, чтобы враг рода человеческого не нашел подходящую лазейку, слабое звено, через которое возможно проникнуть и захватить в свои клешни всего человека.
Читайте также
Бог, Который бежит навстречу
Мы иногда думаем о Боге как о строгом судье с папкой компромата. Но притча о блудном сыне ломает этот стереотип.
Зеркало для пастыря: Нравственность священника – это вопрос безопасности
4 февраля – память апостола Тимофея. Как больной юноша восстал против языческой оргии. Его единственное оружие – честность.
Бог на койке №2: Последний разговор с Нектарием Эгинским
Митрополит умирает в палате для нищих. Директор больницы не верит, что этот старик в грязной рясе – епископ. Что остается от человека, когда болезнь срывает все маски?
Живое тело или мертвая структура: Почему нельзя верить в Христа без Церкви
Разговор о том, почему Церковь – это не здание прокуратуры, а реанимация, где течет кровь.
Зеркальный лабиринт праведности
О том, как наши добродетели могут стать стеной между нами и Богом и почему трещина в сердце важнее безупречной репутации.
Первый космонавт духа: как преподобный Антоний Великий превратил пустыню в мегаполис
20 лет в каменном мешке. История святого, который перестал бояться.