Борис и Глеб – святые дети святого крестителя Руси

Борис и Глеб. Настенная живопись Исакиевского собора, 19 век. И.К.Дорнер

Многие, даже из числа воцерковленных православных людей, недоумевают: а за что Церковь причислила к лику святых Бориса и Глеба, сыновей князя Владимира? В чем их христианский подвиг? От них ведь не требовали отречения от Христа, причиной их мученической смерти было не исповедание веры, а лишь особая роль князей в общественной жизни. В чем же тогда их святость? Неужели просто в том, что позволили себя безропотно убить? 

Напомним их житие и историю гибели.

Князья Борис и Глеб (в крещении Роман и Давид) были младшими сыновьями равноапостольного князя Владимира. Братья родились незадолго до Крещения Руси и были воспитаны в христианской вере.

Когда умер их отец, князь Владимир, старший сын его Святополк, бывший в то время в Киеве, провозгласил себя великим князем Киевским. Князь Борис в это время возвращался из похода. Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Однако Святополк решил избавиться от конкурента на княжеский престол и подослал к Борису убийц. Тот знал об опасности, но не противился ей. 24 июля 1015 года, после воскресной службы, в своем шатре на берегу реки Альты Борис был убит.

После этого Святополк так же вероломно убил и князя Глеба. Коварно вызвав брата из его удела – Мурома, Святополк послал ему навстречу дружинников, чтобы убить Глеба по дороге. Князь Глеб уже знал о кончине отца и подлом убийстве князя Бориса. Однако, глубоко скорбя, он предпочел смерть, нежели войну с братом.

В 1019 году князь Киевский Ярослав Мудрый, также один из сыновей равноапостольного князя Владимира, собрал войско и разбил дружину Святополка. Последний, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища.

После трагической гибели Бориса и Глеба, как свидетельствуют летописцы, «затихла на Руси крамола», а междоусобные войны на Руси надолго прекратились.
Какие выводы мы можем для себя сделать из жития Бориса и Глеба?

1. Божественная благодать, полученная князем Владимиром при собственном крещении и Крещении Руси, полностью изменила и его самого и переродила психологию властителей того времени. Ведь в те времена (и не только на Руси) совершение самых ужасных преступлений ради получения власти было практически нормой. Поведение князей Бориса и Глеба, которые ради упреждения гражданской войны пожертвовали своими жизнями, было совершенно не типично даже для христианской Европы, не говоря уже о совсем еще недавно языческой Руси.

2. Формально Борис и Глеб не страдали за имя Христа, но они пострадали за Его слово. В Священном Писании сказано: «Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец» (1Ин. 4:20). 

Когда Святополк самовольно занял киевский престол, дружина предложила Борису пойти на Киев, но он отказался, потому что не хотел проливать кровь брата и других русских людей. Как Борис, так и Глеб, были предупреждены о предстоящем злодеянии, но смиренно приняли смерть, следуя примеру Спасителя.

Вот слова Бориса: «Если он (Святополк) кровь мою прольет и на убийство мое решится, буду мучеником перед Господом моим. Не воспротивлюсь я, ибо написано: “Бог гордым противится, а смиренным дает благодать”». Не захотел Борис, а позже и Глеб проливать кровь своего брата ради достижения земной славы и могущества, оба они сознательно пришли к решению уподобиться Христу, научиться у Него кротости и смирению, чтобы обрести покой в вечности.

3. Борис и Глеб – это еще и образец правителей, которые предпочли не посылать свой народ на братоубийственную войну, хотя и знали, что за такой выбор их ожидает смерть.

Святые страстотерпцы Борис и Глеб – первые канонизированные святые Русской Церкви. Еще в древнерусских повествованиях их смерть сравнивалась со смертью праведного Авеля от руки брата Каина. Смирение и кротость братьев всегда вызывали благоговение у всех поколений населявших нашу землю. Молимся им и мы.

Читайте также

Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы

Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.

Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?

Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.

Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти

Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.

Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»

В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.

Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость

Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.

Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки

Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.