Притча: Нужно ли говорить все, что хочется?
Просей то, что собираешься сказать, через три сита: правды, доброты и пользы
– Подожди, – остановил его Сократ, – Просей сначала то, что собираешься сказать, через три сита.
– Три сита?
– Прежде чем что-нибудь говорить, нужно трижды просеять это. Во-первых, через сито правды. Ты уверен, что то, что ты скажешь, правда?
– Нет. Просто я слышал…
– Очень хорошо. Значит, ты не знаешь, правда это или нет. Тогда просеем через второе сито – сито доброты. Ты хочешь сказать о моем друге что-то хорошее?
– Нет! Напротив!
– Значит, – продолжал Сократ, – ты собираешься сказать о нем что-то плохое, но даже не уверен, что это правда. Попробуем третье сито – сито пользы. Так ли уж необходимо мне услышать то, что ты хочешь рассказать?
– Нет, в этом нет необходимости.
– Итак, – заключил Сократ, – в том, что ты хочешь сказать, нет ни доброты, ни пользы, ни необходимости. Зачем тогда говорить?
Читайте также
Этнофилетизм: ересь 1872 года и современные парадоксы Фанара
Полтора века назад в Константинополе осудили церковный национализм. Сегодня этот исторический документ заставляет по-новому взглянуть на политику тех, кто его создавал.
Флоровский монастырь в Киеве: как обитель пережила вызовы веков
Тяжелая монастырская дверь захлопывается – и грохот Подола исчезает. За каменной аркой – 460 лет непрерывной жизни обители, которую не взяли ни огонь, ни советская власть.
Красный террор в Украине: как большевики грабили и оскверняли храмы
За сухими протоколами ГубЧК о «ломе серебра» скрыта система сознательного кощунства. Изучим документальную хронику 1919–22 годов.
Святые врата: единственный свидетель, которому не задают вопросов
Все вокруг горело, но этот надвратный храм выстоял. Почему — не знает никто.
Вещественное доказательство №2: о чем свидетельствует кусок льна из Овьедо
Плат 84 на 53 сантиметра с хаотичными, несимметричными пятнами. Ни один эксперт, взявшийся за этот кусок льна, не смог объяснить их иначе, чем подлинностью Евангелия.
Притвор: книга покаяния, которую мы разучились читать
Мы проходим через него не останавливаясь. А он был построен именно для того, чтобы мы остановились и задумались о главном.