Афонский старец Гавриил. Несколько историй из жизни афонитов
Афонский старец Гавриил (Карейский)
Они полностью погружены в интернет и уже многое в жизни пробовали. Часто и наркотики, и алкоголь, и блуд. И почти все они были непослушны родителям и считали это нормальным. И если ты такого молодого послушника заключишь в обычные рамки, то для него вынести это окажется невозможным. Таких, в глубине души больных людей, можно только постепенно и постепенно затягивать в настоящую монашескую жизнь. Часто это может длиться много лет, прежде чем они смогут прийти к истинному послушанию.
На Афоне есть такая традиция, что покидание Афона приравнивается к потере целомудрия. Но, многие святые уезжали, и даже много раз, со Святой Горы Афон. Мы же не знаем, как Господь устраивает человеческую жизнь. Вспомните, что пишет преподобный Никодим Святогорец в службе Афонским святым.
Многие люди прибыли подвизаться в удел Божией Матери. Почему? Потому, что они поверили словам Пресвятой Богородицы: тот, кто пребудет на Святой Горе и не выйдет отсюда, тому Я Сама пребуду и Питательница, и Защитница, и Владычица, и Игуменья. Такой человек все будет здесь иметь. А потом и Царствия Небесного сподобится. А в час суда Я Сама буду предстоять за него, чтобы ему отпустились грехи.
Вот есть такой взгляд на монашескую жизнь Афона.
Преподобный Паисий Святогорец переселялся много раз: и по Святой Горе, и выезжал на Синай, и в другие места. Промысел Божий вел его своими особыми путями. Хотя у нас на Афоне даже есть такая притча: можешь переселяться сколько хочешь с одного места на другое, но только не покидай Святую Гору. И, наконец, в монастыре, когда монаха постригают в великую схиму, то священник его спрашивает: готов ли ты умереть на месте своего пострига? И постригаемый должен дать клятву, что он готов.
Но, подвижники и святые часто выезжали. И Паисий Святогорец, и Герасим Кефалонийский, и много других. Здесь особый промысел Божий. В таких случаях святые всегда имеют от Бога указание, что им нужно переехать в какое-то место. Это не самовольные переезды, это не путешествия.
Всегда нужно принимать странников и нищих. У нас даже есть старинная греческая песня: радость тому дому, который принимает всегда странников и неимущих. Потому, что обязательно наступит момент, когда он вот так вот примет или Богородицу, или Христа.
Наши старцы рассказали нам такую историю. В одном месте, совершенно лишенном утешений, подвизался один старец. Он вкушал только лишь плоды дерева, которое росло там неподалеку. Однажды этот простой старец услышал, что в миру некоторые монахи совершают чудеса. Тогда он сказал себе: «Я в такой асекезе подвизаюсь здесь столько лет и ничего не имею! А в миру отцы чудеса творят. Пойду-ка я тоже в мир».
Он взял свои вещи и отправился в мир. Он пошел по горной тропинке из Агио Анны. Но Бог решил остановить его и послал ему навстречу Ангела. Ангел видя монаха, подошел к нему и спросил: «Геронда, ты куда?» Старец ответил: «Я иду в мир. Хочу тоже увидеть чудеса». Тогда Ангел ответил ему: «Безумный! Какое большее чудо ты хочешь увидеть от Бога? В то время, когда мир сходит с ума, ты живешь здесь в уединенном месте, среди природы, и все у тебя есть. Еда падает на тебя сверху. И ты хочешь найти большее чудо, идя к людям, изможденным заботами и гонкой за богатством? Вернись на место своих подвигов!»
А вот еще один случай. Один монах, которого вы все знаете, отправился в скит Агио Анна к старцу Папе Янису. Он сказал старцу: «Геронда, я решил уйти со Святой Горы. Слишком много я вижу здесь всякого лукавства». Папа Янис спросил его: «Ты хочешь знать мое мнение или узнать волю Божью?» Монах сказал: «Я хочу ответ Бога».
Старец Янис помолился и сказал ему так: «Вот тебе воля Божия. Можешь на Святой Горе заниматься чем угодно. Если хочешь, можешь вообще не нести никаких правил. Выполни только одно – чтобы стопы твои никогда не покидали Святую Гору».
Этот случай дает нам образ терпения и молитвы – два столпа жизни монаха. И сколько мы можем, мы должны сюда вложиться.
По материалам Информационного портала Святой Горы Афон
Читайте также
Постная весна или засушливый ад: чему нас учит дуэль Зосимы и Ферапонта
Почему сухари отца Ферапонта пахнут гордыней, а вишневое варенье старца Зосимы – любовью. Читаем Достоевского в середине поста.
Броня невидимок: почему великая схима – это высшая свобода
Черный аналав с черепом – не знак траура, а снаряжение тех, кто покинул земную суету. Как обычная ткань становится щитом от любых земных тревог и страхов.
Человек, который писал умом: Феофан Грек и его белые молнии
Епифаний Премудрый наблюдал за ним часами – и так и не понял, как он работает. Феофан расписывал стены, не глядя на образцы, и одновременно вел беседу о природе Бога.
Практика причастия мирян: как менялась за 2000 лет
За два тысячелетия истории Церкви менялась не только частота принятия Тайн, но и само внутреннее отношение к нему. О том, как Евхаристия прошла путь от «ежедневного хлеба» до редкой награды и обратно.
Почему Торжество Православия – это праздник художников
В Британском музее хранится небольшая икона – тридцать семь сантиметров высоты. Именно с нее стоит начать разговор о том, что произошло в марте 843 года.
Зарытый заживо: как игумен Афанасий переиграл королей и иезуитов
Его убивали трижды – отлучали от сана, заковывали в колодки, расстреливали. Восстанавливаем хронику подвига святого по документам.