Сегодня мы молитвенно вспоминаем всех, пострадавших за веру и правду
Сегодня память Святых Новомученников и Исповедников Российских
По этому поводу написаны уже сотни книг и сказаны миллионы слов.
Есть и те, кто оправдывает палачей - время, мол, было такое, по другому нельзя, лес рубят - щепки летят. Что тут скажешь? Мой двоюродный прадедушка был расстрелян лишь за то, что был священником, в 1938 году.
Осталось у него пятеро детей, которые боялись заикнуться, что их отец расстрелян как враг народа.
И их не убедили высокопарные слова о том, что «это всё во имя светлого будущего!» Эта фотография - один из десятков, сотен тысяч страшных документов страшной эпохи.
Глядя на неё, я понимаю, что лично меня первого поставили бы к стенке.
Но прошли годы, и сейчас мы молитвенно вспоминаем всех, пострадавших за веру и правду.
Святые Новомученики и Исповедники Земли Русской, молите Господа о нас, грешных!
Читайте также
Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова
Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?
Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности
7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.
Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность
В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей
О двойных стандартах и избирательности церковных традиций
Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.
Алогичность любви
Поступки истинной любви не поддаются логике: они следуют сердцу, жертвуют собой и отражают евангельскую сущность Христа.
Справедливость не по ярлыкам
В Украине все чаще вместо доказательств используют ярлыки. Одних клеймят за принадлежность, другим прощают предательство. Когда закон становится избирательным, справедливость превращается в инструмент давления, а не защиты.