Как вам служится в украденном храме?
В Украине идет волна насильного перевода общин и храмов УПЦ в новую Церковь
Я для себя хочу понять. Ладно, люди далекие от Церкви, которые по уши увязли в сетях пропаганды, а также местные чиновники идут на нарушение законов - юридических и моральных. Угрожают, проводят заседания, где все решают не члены общины, а непонятно кто, срезают замки в храмах, банально их захватывают с помощью грубой силы.
У меня вопрос к «священникам» «ПЦУ» и якобы «воцерковленным верующим» этой «церкви», которые называют себя христианами. Вы же не слепые и глухие! И прекрасно понимаете каким образом получаете в свое распоряжение храм и имущество УПЦ.
Как вам служится в «украденном» храме? Совесть вовсе не мучает? И как вы там можете молиться Богу, Который не приемлет ложь и лицемерие? Вам хоть немного стыдно?
Читайте также
Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова
Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?
Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности
7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.
Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность
В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей
О двойных стандартах и избирательности церковных традиций
Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.
Алогичность любви
Поступки истинной любви не поддаются логике: они следуют сердцу, жертвуют собой и отражают евангельскую сущность Христа.
Справедливость не по ярлыкам
В Украине все чаще вместо доказательств используют ярлыки. Одних клеймят за принадлежность, другим прощают предательство. Когда закон становится избирательным, справедливость превращается в инструмент давления, а не защиты.