Из-за политической целесообразности ратуют предать Церковь

Киево-Печерская лавра. Фото: 24tv.ua

Мой приход в Церковь, ознаменовался реально маленькими и большими, чудесными переменами в жизни.

И я очень благодарен ей за это. Особенно тому священнику, который вёл меня на первых порах и учил всем премудростям и тонкостям. В том числе и о неприятном - греховности человеческой натуры.

Ведь мы все святые, кого ни спроси.

Сегодня многие политики, ратуют предать Церковь. Ведь этого требует политическая целесообразность.

Но вот какое дело. Тут даже не в политиках вопрос, цена которым на Украине давно известна, и не в тех мегатоннах лжи, которая уже давно стала нормой украинских реалий.

Тут дело в поступке. Предательство считаю наихудшим, если не самым худшим пороком.

А Церковь она ведь не о земном, а о небесном.

Предавая тут, каким ты станешь гражданином Неба?

Читайте также

Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова

Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?

Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности

7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.

Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность

В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей

О двойных стандартах и избирательности церковных традиций

Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.

Алогичность любви

Поступки истинной любви не поддаются логике: они следуют сердцу, жертвуют собой и отражают евангельскую сущность Христа.

Справедливость не по ярлыкам

В Украине все чаще вместо доказательств используют ярлыки. Одних клеймят за принадлежность, другим прощают предательство. Когда закон становится избирательным, справедливость превращается в инструмент давления, а не защиты.