Вопрос в том, что будет делать Епифаний?
Филарет Денисенко и Епифаний Думенко. Фото: Факты
Думаю, к Филарету могут присоединиться несколько его соратников. Не суть важно. В каком-то формате этот «собор» скорее всего состоится. Вопрос в том, что будет делать Епифаний? Запретит Филарета в служении? Или решит сделать ставку на изоляцию «партии Филарета»? Мол, ну провел и провел, пусть балуется. Сделают вид, как будто Филарета вообще не существует. Потому что, если дело дойдет до отлучения - это будет удар по самой ПЦУ. Ведь весь «епископат» ПЦУ - это детище Филарета. И восприятие ПЦУ зависит от того, как воспринимают Филарета. «Обиженный Москвой» борец за независимость - это одно. А властолюбивый раскольник - это другое. Фанар теперь вообще никогда не сможет доказать, что анафема, наложенная на Филарета, была несправедливой. А значит не сможет обосновать и принятие «епископов» УПЦ КП и УАПЦ в сущем сане.
Читайте также
Танці перед Вівтарем: що насправді відбулося у Троїцькому соборі Чернігова
Різдвяний перформанс у Троїцькому соборі Чернігова викликав гостру дискусію про межі допустимого в сакральному просторі. Чи є танці в храмі відродженням традицій, чи зневагою до святині?
Рождество или день программиста: о вере, выборе и ответственности
7 января для многих — не просто дата в календаре, а вопрос веры и личного выбора. Попытка придать этому дню новый смысл заставляет задуматься, без чего человеку действительно трудно жить.
Ханукия в Украине: не традиция, а новая публичная реальность
В Украине ханукия исторически не была традицией, но сегодня ее все чаще устанавливают при участии властей
О двойных стандартах и избирательности церковных традиций
Уже не впервые украинское информационное пространство взрывается дискуссиями вокруг церковных обычаев. Особенно тогда, когда слова и дела духовных лидеров начинают расходиться.
Алогичность любви
Поступки истинной любви не поддаются логике: они следуют сердцу, жертвуют собой и отражают евангельскую сущность Христа.
Справедливость не по ярлыкам
В Украине все чаще вместо доказательств используют ярлыки. Одних клеймят за принадлежность, другим прощают предательство. Когда закон становится избирательным, справедливость превращается в инструмент давления, а не защиты.