Притча: о рассудительном священнике и любви к сладкому
Фото: pravmir.ru
– Батюшка, вразумите моего сына, – попросила она.
Иерей внимательно посмотрел в глаза мальчику и велел привести его через две недели. Прошло это время, мать с сыном подошли к батюшке, но тот, обменявшись с мальчиком взглядами, попросил отсрочки еще на неделю. И в третий раз привела мать свое чадо.
И лишь тогда батюшка, снова взглянув в глаза ребенку, произнес:
– Ешь, пожалуйста, сладкое в меру.
– Хорошо, – ответил мальчик, – я сделаю, как вы сказали.
Мать была крайне удивлена и спросила:
– Отчего вы в первый и во второй раз не могли сказать этих слов?
– Понимаешь, – смущенно отвечал священник, – дело в том, что я сам очень любил сладкое. Когда ты попросила меня поговорить с ребенком, я подумал, что двух недель мне будет достаточно, чтобы избавиться от страсти. Но этого срока оказалось мало. А как я мог другого отвратить от греха, которому сам был подвержен?
Читайте также
Красный террор в Украине: как большевики грабили и оскверняли храмы
За сухими протоколами ГубЧК о «ломе серебра» скрыта система сознательного кощунства. Изучим документальную хронику 1919–1922 годов.
Святые врата: единственный свидетель, которому не задают вопросов
Все вокруг горело, но этот надвратный храм выстоял. Почему — не знает никто.
Вещественное доказательство №2: о чем свидетельствует кусок льна из Овьедо
Плат 84 на 53 сантиметра с хаотичными, несимметричными пятнами. Ни один эксперт, взявшийся за этот кусок льна, не смог объяснить их иначе, чем подлинностью Евангелия.
Притвор: книга покаяния, которую мы разучились читать
Мы проходим через него не останавливаясь. А он был построен именно для того, чтобы мы остановились и задумались о главном.
Дело об убийстве митрополита Владимира: протокол одного ограбления
25 января 1918 года. Киево-Печерская лавра. Время – около 19:00.
Благословенная скала, которую не взяли штурмом
На Тернопольщине есть известняковый холм, с которого в ясную погоду просматривается горизонт на тридцать километров. На нем стоит монастырь, который не закрывался никогда.