Клайв Стейплз Льюис о страхе

Страх. Фото: Facebook
Не нашел русского перевода цитаты из Льюиса, перевел как мог. Он там про страх перед атомной бомбой, но хорошо относится к страху вообще
С одной стороны, мы слишком много думаем об атомной бомбе. «Как же нам жить в атомный век?» – Ну, как вы жили бы в шестнадцатом веке, когда чума посещала Лондон почти каждый год, или как вы жили бы в эпоху викингов, когда разбойники из Скандинавии могли высадиться и перерезать вам горло в любую ночь; или как вы уже жили в эпоху рака, в эпоху сифилиса, в эпоху паралича, в эпоху воздушных налетов, в эпоху железнодорожных катастроф, в эпоху автомобильных аварий.
Другими словами, не будем преувеличивать новизну нашей ситуации. Поверьте мне, дорогой сэр или леди, вы и все, кого вы любите, были обречены на смерть еще до того, как была изобретена атомная бомба, и довольно многие нас – на весьма неприятную смерть. У нас есть одно очень большое преимущество перед нашими предками – обезболивающие, и они никуда не делись.
Совершенно нелепо ныть и строить унылые гримасы, из-за того, что ученые добавили еще одну возможность мучительной и преждевременной смерти в мир, который уже ощетинился такими возможностями и в котором сама смерть была вовсе не возможностью, а неизбежностью.
Первое, что нужно сделать – это собраться с силами. Если мы все будем уничтожены атомной бомбой, пусть эта бомба, когда она придет, застанет нас за какими-то разумными и человеческими вещами – молитвой, работой, учебой, чтением, слушанием музыки, купанием детей, игрой в теннис, болтовней с друзьями за пинтой пива и игрой в дартс – а не жмущимися друг к другу, как испуганные овцы, и думающими о бомбах. Они могут разрушить наши тела (микроб может это сделать), но они не должны господствовать над нашим разумом.
Читайте также
Как антицерковные ресурсы формируют повестку дня для нас
Интересно, как антицерковные ресурсы формируют повестку дня для нас, православных. Они умудрились внушить, что сослужение с клириками РПЦ или даже посещение богослужения РПЦ – харам, табу, рэд флаг. А чего это вдруг?!
Две трагедии. Но какие разные стандарты
Александр Мациевский перед расстрелом сказал: «Слава Україні!». Его убийство увидел весь мир. О нем говорили политики, государственные чиновники, украинские и мировые СМИ. Посмертно ему присвоили звание Героя Украины. И правильно. Потому что убийство безоружного человека — это трагедия и преступление.
О нападении на монахов Свято-Успенской Святогорской лавры
Официальной информации об открытии уголовного производства о нападении на монахов Свято-Успенской Святогорской лавры на данный момент нет
Минкульт готовит почву для массового изъятия храмов у УПЦ?
Мы видим, что в последние годы Министерство культуры всё чаще разрывает в одностороннем порядке долгосрочные договора аренды или бесплатного пользования, заключённые с УПЦ, в отношении тех храмов или монастырей, которые являются памятниками архитектуры и находятся в государственной (/ коммунальной) собственности. Цель понятна: вытеснить УПЦ из религиозного ландшафта Украины.
Памятник великому князю Владимиру
Памятник великому князю Владимиру, Крестителю Руси, давно стал одним из характерных символов Киева. Со времени открытия в 1853 году статуя и пьедестал не подвергались существенным изменениям.
Смерть монаха
Я, конечно, не эксперт, поэтому сугубо личное наблюдение. Атмосфера смерти монаха и мирянина существенно отличается. Нет многих неприятных моментов, как то соседи и знакомые, советующие всевозможную ахинею, вроде завешивания зеркал, переворачивания стульев и прочей суеверно-ритуальной бредятины, сопутствующей периоду подготовки к похоронам.