5 воскресений Великого поста
Фото: mk-hram.ru
Великий пост – не просто покаянная пора, стимулирующая нас к напряжению духовных сил, посильной аскезе и максимально частой исповеди. Церковь видит в Великом посту период цельный, имеющий ясную идею и обладающий внутренней логикой. Четыредесятница – это путь от изгнания из рая к воскресению Христову, от смерти душевной в разлучении души и Бога, к воскресению с Христом в опыте соприкосновения с живой реальностью Его Царства.
В этой связи воскресенья Великого поста также имеют своё смысловое наполнение.
Воскресение первое
Празднование в первое воскресенье поста Торжества Православия имеет сугубо историческую основу. В 843 году празднование победы Церкви над иконоборческой ересью пришлось как раз на первое воскресенье Великого поста. Впрочем, в реалиях сегодняшнего дня, событие, имевшее место в IX веке, предстает в особом свете: Церковь ведь победила не просто ересь, Церковь вышла победительницей из многолетнего конфликта с государственной властью, сделавшей иконоборчество, по сути, государственной идеологией.
Согласитесь, начало Великого поста – самое время вспомнить о том, как Церковь не позволила власти диктовать условия, как ей верить. Примечательно и евангельское зачало, читающееся в этот день на литургии. В нём Христос характеризует Нафанаила, говоря: «вот истинный израильтянин, в котором не лукавства». Торжество Православия – праздник Церкви, торжество избранного народа Божия – нового Израиля, и в этот день Церковь предлагает нам нравственный критерий принадлежности к этому народу. Таким образом, праздник Торжества Православия раскрывается ещё и на личном уровне: победа над грехом – Торжество Православия уже на личностном уровне.
Стоит ли напоминать, что первая неделя Великого поста – время, когда для этой победы мы тратим больше времени и сил, чем когда бы то ни было?
Воскресение второе
У дня памяти святителя Григория Паламы, приуроченного ко второму воскресенью Великого поста, также чисто историческая основа. Победа Григория в продолжительной полемике с Варлаамом Калабрийским, начавшейся с обсуждения исихастских практик и закончившейся спором о Божественных энергиях, была очень знаменательным событием.
В XIV веке, когда оживлённые богословские споры давно стали достоянием прошлого, а ереси уже не колебали основ, богословская полемика, закончившаяся двухкратным соборным осуждением одной из позиций и соборным же утверждением второй, была воспринята как второе Торжество Православия. Схожесть восприятия церковным сознанием событий IX и XIV веков предопределило посвящение второго воскресенья Великого поста памяти святителя, с чьим именем связано второе Торжество Православия.
Воскресение третье
Третье великопостное воскресенье (Крестопоклонное) относит нас к тому, с чего в первые века христианства начиналась Четыредесятница. К посту как форме подготовки оглашенных к таинству Крещения.
Древняя Церковь не знала крещения по требованию. Крещение было торжественным входом новообращённых в Церковь, а потому переживалось, как праздник конкретной церковной общины. Крестили в древности нечасто. Как правило – раз в год, либо накануне Пасхи, либо на саму Пасху. За сорок дней до этого оглашенные начинали поститься. Но поскольку и крещение переживалось всей общиной, и в подготовке к крещению оглашенных поддерживала вся община, со временем нормальным стало поститься всей общиной вместе с оглашенными. Это давало возможность и братьев по вере поддержать, и самим достойно к встрече праздника подготовиться. Поститься не всегда легко. Постный подвиг даётся с усилием, особенно если поститься нужно много дней.
Для духовной поддержки постящихся в третье воскресенье Поста Церковь предлагает для поклонения Крест Христов. Молитвословия этого воскресенья тоже посвящены Кресту, однако не столько крестным мукам Спасителя, сколько делу нашего спасения, совершённому на Кресте, и грядущему празднику Воскресения Христова.
Как в древности Церковь укрепляла оглашенных, разделяя с ними несение креста в постном подвиге, так и сейчас она укрепляет постящихся, напоминая о том, что Крестом был побеждён грех и с Крестом неразрывно связано Христово Воскресение.
Воскресения четвертое и пятое
Четвёртое и пятое воскресенья Великого поста переключают наше внимание от воспоминаний, образов и символов к самой сути постного подвига – аскезе. Эти воскресенья последовательно посвящены преподобным Иоанну Лествичнику, изложившему подвижнический опыт в книге и Марии Египетской, воплотившей подвижнический идеал в жизни. Эти преподобные – совершенно разные люди.
Иоанн с юности жил строгой монашеской жизнью, а Мария всю молодость отдала греху, но основная часть жизни каждого из их прошла в подвиге. Иоанн свой подвиг облёк в словесную форму, дав возможность многим и многим стремящимся к спасению иметь руководство в аскетических трудах. Мария своим подвигом явила силу покаяния, которое, будучи положено в основу подвига, даёт ему возможность принести спасительный плод.
* * *
Мы, христиане, тоже чрезвычайно разные, однако в Четыредесятницу всегда входим вместе. У каждого свой труд, свой подвиг и своё покаяние. Но каждый, в меру его веры, покаяния и труда, пожинает плоды своего, пусть малого и часто несовершенного, но всё же подвига.
Читайте также
Деревянный колокол: почему стук била сегодня звучит громче бронзы
Тот, кто привык к медному пафосу, вряд ли поймет этот сухой стук. Но именно он созывал людей в Ковчег. История била – вызов современной эпохе.
Гнев и тишина: какой взгляд Бога встретит нас в конце времен?
Мы стоим перед двумя безднами: яростным вихрем Микеланджело и кротким взором преподобного Андрея. Два лика Христа – две правды, которые мы ищем в огне испытаний.
Как горсть пшеницы победила императора: Съедобный манифест против смерти
Перед нами блюдо с коливом – вареная пшеница с медом. Простая каша? Нет. Это документ сопротивления, написанный зерном вместо чернил.
Священное признание в любви: Что прославляется в «Песни песней»
В этой библейской книге ни разу не упомянуто имя Бога. Зато там – поцелуи, объятия, описания обнаженного тела. Раввины спорили, не выбросить ли ее из Писания. А монахи читали ее как молитву.
Экзарх-мученик: Как Никифора (Парасхеса) убили за смелость
Варшава, 1597 год. Грека судят за шпионаж. Улик нет, но его все равно посадят. Он выиграл церковный суд и этим подписал себе приговор.
Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки
Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.