5 воскресений Великого поста
Фото: mk-hram.ru
Великий пост – не просто покаянная пора, стимулирующая нас к напряжению духовных сил, посильной аскезе и максимально частой исповеди. Церковь видит в Великом посту период цельный, имеющий ясную идею и обладающий внутренней логикой. Четыредесятница – это путь от изгнания из рая к воскресению Христову, от смерти душевной в разлучении души и Бога, к воскресению с Христом в опыте соприкосновения с живой реальностью Его Царства.
В этой связи воскресенья Великого поста также имеют своё смысловое наполнение.
Воскресение первое
Празднование в первое воскресенье поста Торжества Православия имеет сугубо историческую основу. В 843 году празднование победы Церкви над иконоборческой ересью пришлось как раз на первое воскресенье Великого поста. Впрочем, в реалиях сегодняшнего дня, событие, имевшее место в IX веке, предстает в особом свете: Церковь ведь победила не просто ересь, Церковь вышла победительницей из многолетнего конфликта с государственной властью, сделавшей иконоборчество, по сути, государственной идеологией.
Согласитесь, начало Великого поста – самое время вспомнить о том, как Церковь не позволила власти диктовать условия, как ей верить. Примечательно и евангельское зачало, читающееся в этот день на литургии. В нём Христос характеризует Нафанаила, говоря: «вот истинный израильтянин, в котором не лукавства». Торжество Православия – праздник Церкви, торжество избранного народа Божия – нового Израиля, и в этот день Церковь предлагает нам нравственный критерий принадлежности к этому народу. Таким образом, праздник Торжества Православия раскрывается ещё и на личном уровне: победа над грехом – Торжество Православия уже на личностном уровне.
Стоит ли напоминать, что первая неделя Великого поста – время, когда для этой победы мы тратим больше времени и сил, чем когда бы то ни было?
Воскресение второе
У дня памяти святителя Григория Паламы, приуроченного ко второму воскресенью Великого поста, также чисто историческая основа. Победа Григория в продолжительной полемике с Варлаамом Калабрийским, начавшейся с обсуждения исихастских практик и закончившейся спором о Божественных энергиях, была очень знаменательным событием.
В XIV веке, когда оживлённые богословские споры давно стали достоянием прошлого, а ереси уже не колебали основ, богословская полемика, закончившаяся двухкратным соборным осуждением одной из позиций и соборным же утверждением второй, была воспринята как второе Торжество Православия. Схожесть восприятия церковным сознанием событий IX и XIV веков предопределило посвящение второго воскресенья Великого поста памяти святителя, с чьим именем связано второе Торжество Православия.
Воскресение третье
Третье великопостное воскресенье (Крестопоклонное) относит нас к тому, с чего в первые века христианства начиналась Четыредесятница. К посту как форме подготовки оглашенных к таинству Крещения.
Древняя Церковь не знала крещения по требованию. Крещение было торжественным входом новообращённых в Церковь, а потому переживалось, как праздник конкретной церковной общины. Крестили в древности нечасто. Как правило – раз в год, либо накануне Пасхи, либо на саму Пасху. За сорок дней до этого оглашенные начинали поститься. Но поскольку и крещение переживалось всей общиной, и в подготовке к крещению оглашенных поддерживала вся община, со временем нормальным стало поститься всей общиной вместе с оглашенными. Это давало возможность и братьев по вере поддержать, и самим достойно к встрече праздника подготовиться. Поститься не всегда легко. Постный подвиг даётся с усилием, особенно если поститься нужно много дней.
Для духовной поддержки постящихся в третье воскресенье Поста Церковь предлагает для поклонения Крест Христов. Молитвословия этого воскресенья тоже посвящены Кресту, однако не столько крестным мукам Спасителя, сколько делу нашего спасения, совершённому на Кресте, и грядущему празднику Воскресения Христова.
Как в древности Церковь укрепляла оглашенных, разделяя с ними несение креста в постном подвиге, так и сейчас она укрепляет постящихся, напоминая о том, что Крестом был побеждён грех и с Крестом неразрывно связано Христово Воскресение.
Воскресения четвертое и пятое
Четвёртое и пятое воскресенья Великого поста переключают наше внимание от воспоминаний, образов и символов к самой сути постного подвига – аскезе. Эти воскресенья последовательно посвящены преподобным Иоанну Лествичнику, изложившему подвижнический опыт в книге и Марии Египетской, воплотившей подвижнический идеал в жизни. Эти преподобные – совершенно разные люди.
Иоанн с юности жил строгой монашеской жизнью, а Мария всю молодость отдала греху, но основная часть жизни каждого из их прошла в подвиге. Иоанн свой подвиг облёк в словесную форму, дав возможность многим и многим стремящимся к спасению иметь руководство в аскетических трудах. Мария своим подвигом явила силу покаяния, которое, будучи положено в основу подвига, даёт ему возможность принести спасительный плод.
* * *
Мы, христиане, тоже чрезвычайно разные, однако в Четыредесятницу всегда входим вместе. У каждого свой труд, свой подвиг и своё покаяние. Но каждый, в меру его веры, покаяния и труда, пожинает плоды своего, пусть малого и часто несовершенного, но всё же подвига.
Читайте также
Извержение вулкана и заморозки в Европе: экзамен на человечность
Стихийное бедствие на другом конце земли оставило Европу без тепла. Там, где люди объединялись, голод отступал, а там, где помощь медлила, народ дичал.
Карманный кодекс гонимых христиан
Пока римляне писали тексты на многометровых свитках, христиане придумали книгу с листами и особую систему знаков, где имя Бога сокращали до двух букв.
Комедия итальянского изгнанника
Данте лишили дома и гражданства. В ответ он написал поэму, ставшую жемчужиной мировой литературы на долгие столетия.
Монахи, опередившие прогресс на 300 лет
Опись имущества, составленная королевскими чиновниками в XVI веке, свидетельствует о том, что молчальники создали первую промышленную сеть в Европе.
Нерукотворный собор Баха
Бах похоронил десятерых своих детей, был вынужден терпеть унизительные тяжбы с магистратом и в конце жизни ослеп. Но он успел построить храм, который нельзя разрушить.
Подольский ковчег среди чумной катастрофы
В середине XVII века Киев оказался в эпицентре эпидемии и войны. Судебные книги и летописи рассказывают, как горожане спасались в запертых домах.