О национальной идее и Боге

Фото: Отортодоксия

Сегодня за ланчем я включил в интернете запись одного из последних «вечеров с Владимиром Соловьёвым» (иногда смотрю) во время которого обсуждалась тема национальной идеи в ракурсе короновируса. Участвовали умные мужчины, особенно мне симпатичен Сергей Михеев, человек православный и имеющий дар слова. Но, даже он (то ли в этом телевизионном формате это не положено, то ли ещё почему) говоря о высоких целях, которые должна воплощать эта русская национальная идея, не сказал прямо и конкретно то, что я попробую сейчас, по возможности кратко и просто сформулировать.

Национальная идея (любая, не только русская) может строиться только на одном из двух фундаментов (или постулатов): №1. Бог существует, жизнь личности не кончается со смертью, а продолжается в «другом измерении» - пространстве Вечности.

Фундамент №2. Бога нет. Жизнь личности прекращается со смертью и после неё просто «больше ничего нет».

Если мы принимаем за основу национальной идеи фундамент №1, то национальная идея может быть только такой – создание в государстве таких условий жизни, в которых, при материальном благополучии граждан (максимально возможном, исходя из всех внешних и внутренних условий) основная задача государственных структур состояла бы в создании условий для всех граждан вместе и каждого в отдельности, для совершенствования в тех качествах, которые дадут возможность этой личности иметь в Вечности состояние счастья, а не страдания.

Если же за основу принимается фундамент №2, то любая национальная идея станет лишь разновидностью «танца с бубном вокруг корыта со жратвой».
И, только решив – какой из этих двух фундаментов взять за основу, можно всерьёз рассуждать о национальной идее. Аминь!

(тема различия понимания счастья в Вечности разными религиозными конфессиями – тема отдельная, и достойна обсуждения только при принятии за основу национальной идеи фундамента №1, в противном случае эта тема будет лишь пустословием).

Читайте также

Две трагедии. Но какие разные стандарты

Александр Мациевский перед расстрелом сказал: «Слава Україні!». Его убийство увидел весь мир. О нем говорили политики, государственные чиновники, украинские и мировые СМИ. Посмертно ему присвоили звание Героя Украины. И правильно. Потому что убийство безоружного человека — это трагедия и преступление.

О нападении на монахов Свято-Успенской Святогорской лавры

Официальной информации об открытии уголовного производства о нападении на монахов Свято-Успенской Святогорской лавры на данный момент нет

Минкульт готовит почву для массового изъятия храмов у УПЦ?

Мы видим, что в последние годы Министерство культуры всё чаще разрывает в одностороннем порядке долгосрочные договора аренды или бесплатного пользования, заключённые с УПЦ, в отношении тех храмов или монастырей, которые являются памятниками архитектуры и находятся в государственной (/ коммунальной) собственности. Цель понятна: вытеснить УПЦ из религиозного ландшафта Украины.

Памятник великому князю Владимиру

Памятник великому князю Владимиру, Крестителю Руси, давно стал одним из характерных символов Киева. Со времени открытия в 1853 году статуя и пьедестал не подвергались существенным изменениям.

Смерть монаха

Я, конечно, не эксперт, поэтому сугубо личное наблюдение. Атмосфера смерти монаха и мирянина существенно отличается. Нет многих неприятных моментов, как то соседи и знакомые, советующие всевозможную ахинею, вроде завешивания зеркал, переворачивания стульев и прочей суеверно-ритуальной бредятины, сопутствующей периоду подготовки к похоронам.

Не надо ковыряться в навозе

Друзья, сегодня у нас не совсем обычная тема. На этот раз я хочу задать вам вопрос и понять, в чём я не прав. Или, наоборот, услышать, что я прав.